Благодаря их совместным усилиям тяжёлая гранитная крышка дрогнула и отъехала в сторону. Магический ʺсветлячокʺ любезно завис над саркофагом, освещая то, что лежало внутри: бесформенный, изрядно обмусоленный комок из мяса и костей, обряженный в остатки изодранного, грязного чёрно-зелёного мундира.
- Корррявое Равновесие тебе в глотку и провернуть три раза!
- Это наш пропавший гвардеец, мэора? – деревянно-скрипучим голосом спросил Фирниор и раза три-четыре нервно сглотнул, но от тошноты удержался.
Что же, ничего удивительного: в присутствии Айриэ с её нечеловеческим хладнокровием любому нормальному мужчине было бы зазорно выглядеть слабее, будь она хоть трижды боевым магом. Вот и Фирниор старался выказать такую же невозмутимость, как его спутница. И ведь неплохо получалось, надо отдать ему должное. Вырастет – какой мужчина будет!.. Если вырастет.
- Он, - хмуро подтвердила магесса. – Точнее, то, что от него осталось, - после того, как хогрош с аппетитом позавтракал. Или поужинал.
Фирниор нервно дёрнул щекой и отвёл глаза.
- Но как он здесь оказался?
- Хозяину твари виднее. Наверное, счёл кладбище и ваш фамильный склеп в частности подходящим местом для того, чтобы спрятать труп.
- А ключ откуда? Ведь склеп всё время заперт? – наморщил лоб юноша и в волнении прикусил губу. – Неужели это… кто-то из Файханас-Манора?
- Не обязательно, - медленно проговорила Айриэ, пристально глядя на младшего Ниараса. – Это могли сделать в Кайдарахе. Например, украли у старого Чарпа ключ, сделали дубликат и подбросили обратно. Он мог и не заметить. Это же не ключ от герцогской сокровищницы, в конце-то концов!
Фирниор просветлел лицом: у него явно полегчало на душе от такой возможности. Странно, вот так посмотришь – можно подумать, что он ничего не знает о маге. Или и правда не знает?.. Гоблины лысые бы побрали эти предположения, допущения и прочие версии!
- Фирниор, отправляйтесь-ка вы к его светлости, расскажите ему о нашей находке. Но оставьте мне ключ от склепа.
- Вот ключ, мэора, пожалуйста. А что вы намерены делать?
- Приготовлю ловушку для хогроша. Раз недоеденное… мясо он спрятал в саркофаге, значит, бывает здесь с хозяином. Скорее всего, вернётся сегодня ночью, чтобы доесть остатки. Это шанс покончить наконец с проклятой тварью и поймать мага! Я с друзьями гномами притаюсь внутри, а кого-нибудь попросим запереть нас снаружи, чтобы не насторожить заранее хозяина твари. Фирниор, передайте его светлости, чтобы не вздумал посылать сюда своих людей, иначе могут быть новые жертвы. Не говоря уже о том, что его гвардейцы могут просто-напросто насторожить хогроша и его хозяина, тогда опять придётся начинать всё сначала.
- Хорошо, мэора Айнура, я обязательно передам, - заверил её юноша, помогая прикрыть массивную дверь склепа.
Они вышли за ограду кладбища и разъехались в разные стороны: Фирниор повернул к замку, Айриэ – к постоялому двору, пустив Шоко галопом.
Вихрем промчавшись по деревне, Айриэ ворвалась в комнату Конхора и безжалостно растолкала только-только прикорнувшего перед ночным бдением приятеля. Объяснила, в чём дело, и колесо завертелось. Айриэ решила брать с собой десятерых, остальные гномы остались при повозках. Вскоре с постоялого двора выехала одна гномья повозка и магесса верхом на Шоко. Все они исправно доехали до кладбища и дружною толпою устремились к склепу в сгустившихся сумерках, развеиваемых только одной золотисто-медовой Эфией. Гномы мрачно и грозно поблёскивали кольчугами и сдержанно звенели топорами, магесса гордо предводительствовала воинством, ограничившись кожаной курткой вместо доспехов. Все зашли внутрь, за исключением одного гнома, торжественно запершего ключом дверь и после вернувшегося с повозкой на постоялый двор. Шоко был рассёдлан и оставлен свободно бродить вокруг кладбища. По крайней мере, именно так всё и выглядело в глазах любого стороннего наблюдателя.
На самом же деле у входа в склеп Айриэ наложила ʺотвод глазʺ на себя, Конхора и ещё четверых шедших вместе с ними гномов. После этого они, двигаясь максимально бесшумно, отправились к стоявшему на краю деревни дому кладбищенского смотрителя.
Если Айриэ хоть сколько-нибудь разбиралась в людях, Фирниор не станет молчать о допущенном промахе, ибо это может нанести ущерб интересам рода. Нет, магесса была уверена, что юноша расскажет всё дядюшке – возможно даже, не догадываясь, к чему это приведёт. Сложно вообразить, что восемнадцатилетнего мальчишку, да ещё и несколько сомнительного происхождения, станут подпускать к важным тайнам рода. Наследника – да, родного брата тоже, а вот Фирниора, скорее всего, использовали втёмную. Если, разумеется, не он – ʺмаг-врагʺ, но от одной мысли об этом хотелось взвыть тоскливой волчицей.
