Магесса неопределённо повела плечом, понимая, что маг не ждёт ответа. Он провёл ладонью по лицу, стирая морось, и тут Айриэ обратила внимание на его куртку. На самую обычную, довольно потрёпанную куртку ''наёмнического'' фасона, с потемневшими серебряными пуговицами, украшенными волчьей головой. Третьей сверху пуговицы не было.
М-да-а, это, пожалуй, не хуже выбитых инициалов. Вот и подозреваемый номер два. С одной стороны, он сам признался, что ходил сюда за травами. С другой – в последние два месяца стояла жара, и куртка ему бы не понадобилась. Следовательно, потерять пуговицу раньше Мирниас не мог, разве что очень давно, а по ней не скажешь, что она пролежала в лесу долгое время, её бы мусором и всякой трухой уже присыпало. Однако же весьма удачный момент выбрала пуговица, чтобы оторваться от хозяйской куртки, ничего не скажешь. Поневоле закрадывалась мысль, что уж слишком это нарочитая улика. Интересно, а что на сей счёт поведает сам Мирниас? Впрочем, если он здесь и был вчера вечером, сомнительно, что его любезность простирается настолько далеко, чтобы признаться в этом.
- Мирниас, вы пуговицу потеряли.
Он рассеянно глянул на куртку:
- А-а, да, я утром заметил, когда одевался. Не знаю, как это она… вчера, что ли, когда в таверну ходил.
- О, вы вчера рискнули выбраться из дома? – приподняла брови магесса. – В такую-то погоду?
- Сразу, как только буря чуть поутихла. Дома тоскливо сидеть, в таверне веселее.
Любопытно. Мирниас специально ходил в таверну, чтобы создать себе алиби, пока его тварь относила труп в лес и добавляла живописных деталей в виде сломанных кустов? Хогроши достаточно разумны, чтобы справиться со столь сложным поручением, тем более хозяин может руководить действиями твари издалека. Допустим, после тварь вернулась за хозяином в условленное место и отнесла его в лес: должен же маг приглядеть за всем лично, припасённой кровью землю полить и прочее. У Мирниаса, кстати, лошади нет, а хогрош в иных случаях получше лошади будет. Мирниас потерял пуговицу, но действительно не подозревал, что в лесу. Он не выказал ни малейшего беспокойства, когда Айриэ спросила про его пропажу. Что же, события могли развиваться и таким образом. Пока это всё только предположения, доказательств у магессы по-прежнему никаких. В конце концов, если рассмотреть другую возможность, пуговицу могли и подбросить на место преступления. К примеру, вчера в таверне срезали - у этого вечно заспанного ленивца целую куртку украсть можно, он и не заметит, не то что пуговицу. Если, конечно, растяпистость Мирниаса – не маска…
Поняв, что ходит в своих предположениях по кругу, Айриэ мысленно плюнула и бросила это бесплодное занятие.
- И что, Мирниас, много вчера таких смельчаков вроде вас собралось?
- Да нет, мэора, человек пять деревенских и трое гвардейцев из замка.
- Удивительно, что вообще кто-то пришёл, на радость папаше Брэддору, - хмыкнула магесса и кивнула магу: - Вы, Мирниас, если хотите, продолжайте поиски, а я уже всё осмотрела… Капитан, мы с мэором Тианоринниром пойдём с мельником побеседуем, а когда мэор маг закончит свои изыскания, можете уже убирать тело.
- Хоть прямо сейчас, нечего мне здесь искать, - глухо сказал Мирниас. – Магии тут нет, и вообще, я не дознаватель, чтобы на четвереньках ползать, следы выискивая.
- Так зачем же вы пришли? – полюбопытствовала Айриэ.
- Потому что его светлость счёл моё присутствие здесь необходимым, - ровно ответил Мирниас, старательно скрывая досаду. – К сожалению, я не вижу, как могу быть полезным в деле установления истины.
- Его светлости герцогу виднее, - веско заметил Паурен, легонечко одёргивая разговорившегося мага и заодно напоминая, кто, собственно, здесь главный. – А тело, мэора магесса, я пока убрать не могу. Его светлость изъявил желание осмотреть место преступления лично и скоро будет здесь. Он специально решил прибыть позже, чтобы не мешать вам.
- Я оценила его любезность, - заверила магесса. – Идём, Тианор!
Мельник находился дома - сидел за столом, потерянно уставившись в одну точку. Он ссутулился и будто разом постарел. Румянец исчез с ввалившихся, обвисших щек, морщины обозначились резче, а взгляд был потухший, как у старика. В уголке, обнявшись, тихонечко всхлипывали его дети.
- Как же это, мэора? – дрожащим голосом спросил мельник, увидев Айриэ. – У кого рука поднялась на нашу девочку? Она же солнышко наше… была.
Голос его сорвался, и он, как видно, не в первый раз за сегодняшнее утро, смахнул слёзы с покрасневших глаз.
- Найду ублюдка, - мрачно пообещала Айриэ, - и заставлю заплатить.
За такие р-р-развлеченьица поганый маг будет умирать долго – во имя Равновесия, чтобы уменьшить вред, который причинил миру.
- Вы знали, мэора, что Зари первенца ждала? – справившись с голосом, спросил мельник. – Она так и светилась вся, когда мне рассказывала…
Он опять утёр слёзы рукавом рубахи, потом нашарил в кармане скомканный носовой платок и с шумом высморкался.
- Брай Нэйс, расскажите-ка мне всё по порядку, - велела магесса, усаживаясь напротив. Тианор пристроился на другом стуле.
