Драконий Лорд полностью

— Почтения вы тут не получите. — сказал я, затем обратился к Рейне и компании. — Проследуйте в спальни, я отведу ваших родителей куда следует.

Мы шли по коридору, а я чувствовал, как принцесса и по совместительству моя бывшая любовница сверлит меня взором в спину.

— Я не узнаю своего дома, — наконец гневно вымолвила Рейнира, — тут повсюду знаки Семерых, половины слуг нету и нас никто не встретил.

— Всё переменилось, — сказал я.

Ваш августейший батюшка лежит на краю пропасти. Он совсем пропащий. Безумный старик, он отказался от услуг кровавых магов, которые могли исцелить его болезнь, ну и что, что это требовало принести кого — то в жертву?

— Я не понимаю, — сказал Деймон. — О чём ты вообще говоришь?

Я резко остановился и обернулся к ним.

— Твой отец умирает, — сказал я Рейнире, она едва заметно вздрогнула. — Алисента и Отто заправляют всем, они запустили руки во всё: в казну, в задницу Малому совету. Помогает им лорд — командующий Королевской гвардии сир Кристон Коль.

— Что? Это дорнийское отродье? Что ты такое мелешь? — тихо спросил Деймон, до которого, в отличие от своей жены уже стала доходить печальная реальность.

— Сир Гаррольд был хорошим рыцарем, его никто не мог одолеть в бою, но его одолела болезнь в позапрошлом месяце. На освободившееся место взяли сира Грегора Мерривезера, представителя одного из домов Простора. К слову, Хайтауэры тоже один из великих домов того — же Простора. А сир Кристон Коль стал лордом — командующим.

— Что, никого достойнее не нашли на эту роль? — спросил Деймон.

— Он взял должность по протекции королевы — матери. И её полновластного отца.

— Полновластного… — с расстановкой, медленно вымолвил Деймон.

— Поверить не могу. — прошептала Рейнира.

— Но ты, похоже, не страдаешь от перемен? — спросил Порочный принц, глядя на меня, — эта золотая цепь… эти самоцветные перстни… А как твои отношения с сиром Отто, твоим любимцем?

— Вас ждёт королева, — сказал я. — А я свой долг выполнил.

Я обошёл Деймона, покосившись на то, как его рука до белизны ногтей сжала рукоять Тёмной сестры, а затем подмигнул Рейнире и быстро ушёл прочь, оставив их напротив дверей в королевские покои.

Дети Рейниры от первого брака заметно выросли. Джейкейрис стал высок и пугающе похож на бывшего лорда — командующего Золотыми плащами Харвина Стронга. Средний, Люцерис был лицом более похож на мать, но его чёрные кудри и тёмные глаза…

Я решил прогуляться по Красному замку, за многие годы я изучил его весьма хорошо. Как и ещё один человек.

Лорда Харренхолла Лариса Стронга я нашёл в компании принца Эйгона Таргариена, старшего сына короля Визериса и его жены Алиссенты Хайтауэр. Несмотря на то, что он уже достиг совершеннолетия по местным законам, это остался всё тот — же идиот, которые только и мог, что брюхатить шлюх в борделях, да приставать к служанкам, и похоже не только приставать. А ведь у него была официальная жена, Хелейна, которая ещё была и его сестрой. Так уж заведено у Таргариенов. Она уже успела родить ему двоих детей. Странности её только увеличивались, многие её считали скорбной разумом, хотя я знал, что она может слышать голоса Старых богов или как там их, в общем тех, кто сидит в Чардревах и которые посылали и мне видения, в том числе и в Эссосе, в проклятом Стигае.

Ларис, который был не только лидером негласной шпионской сети, которая собирала сведения для королевы — матери, но и главным дознавателем Красного замка, последнее время опасно сблизился с принцем Эйгоном, они часто о чём — то болтали, понятия не имею, о чём. С Эйгоном мы почти не общались. У нас не было общих тем для разговоров, к тому — же он был куда выше меня по сословию. Эймонд после того, как обрёл своего дракона перестал относится ко мне с прежним пиететом и плохо скрываемым восхищением. Его отношение сменилось на надменно — равнодушное. Из всех них я общался только с Хелейной, из её бреда мне иногда удавалось извлечь рациональное зерно. Алисента и Отто, к счастью, особого внимания на меня не обращали.

— Принц. — я коротко кивнул головой. Эйгон поглядел на меня рассеянным взором.

— Сир Томас. — сказал он лениво.

— Прошу прощения за вторжение, ваше высочество.

— Ничего, мы уже закончили. — Эйгон кивнул Ларису, а тот склонил голову. Я проводил принца глазами.

— Как быстро растут дети, — застенчиво сказал Ларис, нюхая сорванный цветочек.

— Да, особенно чужие, — сказал я, опираясь на барьер. — У твоего брата тоже могли бы быть дети.

— Несчастный случай, увы. — вздохнул Ларис.

— Или счастливая случайность.

— О чём вы, сир?

— Вы теперь лорд Харренхолла. И вхожи в покои короля.

— Я не понимаю, сир, к чему вы клоните?

— Зачем вы за мной шпионите?

Ларис улыбнулся.

— Живя столько лет в Красном замке вы так и не поняли, сир, что и у камней есть уши.

— Я не люблю шарады. — сказал я.

— Напрасно, — Ларис бросил цветок и глядел не него, пока он медленно падал с балкона вниз, — шарады укрепляют ум.

— Ум не понадобится, если голову вдруг отделят от тела.

— О чём вы? — немного промедлив, спросил Ларис.