— Лиа!.. Как поживаешь? — он с улыбкой склонил голову, дружеским кивком приветствуя подошедшую к нему красавицу. Девушка снова протянула ему руки, и оборотень, негромко рассмеявшись, легонько коснулся губами кончиков тонких холеных пальцев, унизанных кольцами. — Ты, как всегда, лучшее украшение любого праздника.
— А ты, как всегда, занят своими государственными делами, — в тон ему ответила эльфийка с игривой улыбкой. — Если так и дальше будет продолжаться, вскоре я совсем забуду, как звучит твой голос, когда ты говоришь не о работе.
И с этими словами она снова лукаво улыбнулась даргу.
— Что поделать? — с полушутливым вздохом отозвался Сев. — Так уж вышло, что я принадлежу прежде всего Сорбронну, а уж потом — себе, поэтому о его нуждах приходится всегда заботиться в первую очередь…
— Но и о своих нуждах тоже не стоит забывать, — многозначительно понижая голос, вкрадчиво проговорила Лиаренна, снова одаривая оборотня долгим выразительным взглядом. — Может, ты позволишь мне украсть тебя хотя бы на один танец?
— Лиаренна, если ты не заметила, мы здесь кое-что обсуждали до твоего прихода, — послышался голос Туиллатара, полный холодного сарказма. — И, если позволишь, то я бы хотел продолжить этот разговор… без твоего участия.
Белокурая эльфийка на мгновение дерзко вздернула подбородок, явно не довольная столь прямолинейным отказом, но почти сразу же снова усмехнулась и небрежно пожала плечами.
— Как скажешь… отец.
И она демонстративно отвернулась от Туиллатара, снова оборачиваясь к Севу и расцветая уже куда более теплой улыбкой.
— Но позже, Северриан, я тебя обязательно украду… Обещаю.
Послав сереброволосому даргу еще один кокетливый взгляд из-под ресниц, Лиаренна развернулась и с ловкостью ящерицы тут же затерялась в толпе подруг. Оборотень задумчиво улыбнулся, все еще глядя ей вслед, и вернулся к прерванному разговору со старейшиной.
Позади меня снова зашелестели тихие шепотки, обсуждающие только что произошедшую встречу. Имена Лиаренны и Северриана теперь мелькали в этих пересудах едва ли не чаще любых других слов — вот, только на этот раз связывающие их предположения были уже куда менее невинными и расплывчатыми, чем раньше. Мне хватило всего несколько минут, чтобы почувствовать, что все эти разговоры уже начинают вызывать у меня тошноту. Я с силой стиснула пальцы в кулаки, пытаясь удержаться от того, чтобы не закрыть ладонями уши у всех на виду. Вот уж не думала, что благородные Перворожденные такие жуткие сплетники!
А еще я внезапно раздумала подходить к Севу. И не потому даже, что неожиданно почувствовала себя там лишней… Конечно же, не из-за этого, снова убежденно повторила я про себя. Просто — зачем?.. Судя по всему, они со старейшиной еще так ни о чем не договорились, и я лишь рискую нарваться на столь же неприветливый прием у Туиллатара, что и Лиаренна. А продолжать стоять здесь и ждать, когда же они, наконец, закончат беседовать, тоже было выше моих сил. Вся эта глупая болтовня, то и дело назойливо ввинчивающаяся в уши со всех сторон, уже начинала откровенно раздражать.
Я решительно развернулась и пошла в противоположную от танцевального поля сторону.
Выбравшись из толпы на свободное пространство, я немного постояла в нерешительности. Где искать Торувиэль, было неизвестно, остальных же в этой толчее тоже найти было практически нереально. В конце концов я решила просто немного отдохнуть от шума и пошла наугад по дорожке куда-то вглубь широкой тенистой аллеи, засаженной вековыми деревьями. Здесь тоже почти на всех ветвях россыпью висели магические светляки, так что заблудиться в темноте мне определенно не грозило. Я шла и шла — до тех пор, пока звуки музыки не стали, наконец-то, звучать глуше. Уходить от Буковой Поляны еще дальше было бы уже неразумно. Остановившись посреди песчаной дорожки, я осмотрелась. В этом месте аллея немного расширялась, образуя округлую площадку. В центре площадки виднелась клумба с высокой, похожей на конус, решетчатой опорой посередине, густо увитой толстыми темно-зелеными лианами страстоцвета. Крупные красные цветы, казалось, ярко пламенели даже в приглушенном свете магических светляков. Я остановилась рядом с клумбой и глубоко вдохнула, чувствуя, как меня обволакивает сладкий и пряный цветочный аромат. В практике целительства страстоцвет всегда считался хорошим успокаивающим средством. Что ж, это было, пожалуй, как раз то, что мне сейчас нужно.
