— Знаешь, иногда мне кажется, что все в нашей жизни, так или иначе, прописано наперед. Это, разумеется, не означает, что от нас совсем ничего не зависит. Просто… — она на мгновение заколебалась, словно подбирая слова. — Просто кто-то там, наверху, уже давно прочел истории наших жизней от начала и до конца, и поэтому точно знает наперед, когда и какой именно выбор мы сделаем, где и какую ошибку совершим, и так далее. А потому порой ехидно посмеивается, наблюдая за тем, как мы сами вслепую движемся по уже известному ему сценарию, медленно и наощупь переходя со строчки на строчку.
Она неожиданно усмехнулась, коротко взглянув на меня.
— Что-то мне подсказывает, что читая вашу с Севом историю, этот кто-то немало развлекся. Даже если принять во внимание тот факт, что вы вдруг оказались половинками друг друга, никому и в голову прийти не могло, что ты станешь еще и его Альфа-Стражем.
— Да уж… — задумчиво пробормотала я. — Лично мне почему-то кажется, что этот кто-то еще и сам от руки писал примечания на полях. Для пущего разнообразия сюжета.
Странное условие, поставленное Богами в обмен на воскрешение Сева, снова неожиданно всплыло в моей памяти. Было ли это тоже заранее спланировано? И если да, то в какую еще игру нам теперь предстоит сыграть? Если верить Богам, то все, что от меня требовалось — это всего лишь в назначенный час отправиться в Драконьи Горы, чтобы прочесть там древнее пророчество, написанное на стене одной из пещер…
Я невольно вздохнула, в очередной раз пытаясь понять смысл этого условия. Все выглядело слишком уж просто. Слишком легко. И оттого на ум снова и снова невольно приходила поговорка насчет бесплатного сыра в мышеловке.
Что ж, поживем — увидим, решила я, в конце концов.
Ну, а пока нужно было возвращаться к более насущным вопросам.
— Ты готова? — спросил меня сереброволосый оборотень, внезапно появляясь в дверном проеме, ведущем на галерею. — До новолуния осталось немного, нам обоим уже пора подниматься наверх, в Кромлех.
Я согласно кивнула, чувствуя, как в груди неожиданно снова начинает ворочаться беспокойство.
Там, на площади, собралось огромное количество народа, чтобы приветствовать своего нового Альфа-Стража… В горле неожиданно пересохло. Ну почему обычной толпы я боюсь больше, чем какого-нибудь саламандра?
— Все будет хорошо, — Сев, в очередной раз чутко уловив мое настроение, тут же шагнул ко мне и ободряюще обнял рукой за плечи. — Они полюбят тебя, обязательно. Просто не смогут не полюбить.
С моих губ невольно сорвался нервный смешок.
— Ну, надеюсь, до телепатического принуждения дело, все же, не дойдет.
Оборотень засмеялся и настойчиво потянул меня к выходу.
— Идем, Страж. Не будем больше заставлять свой народ ждать.
Мы вместе вышли на площадь.
Небо, успевшее отгореть закатным огнем и погаснуть, медленно наливалось чернильной ночной глубиной, в которой уже начинали проступать первые, пока еще бледные искорки хрустально-сверкающей россыпи звезд. На противоположном конце площади, прямо напротив того места, где мы стояли, начинались широкие белые ступени огромной мраморной лестницы, ведущей на самую вершину горы. Я подняла глаза вверх, пытаясь хотя бы приблизительно прикинуть количество ожидающих нас ступеней — и мысленно ужаснулась.
— Взгляни на это с другой стороны, — тихо сказал Сев, искоса наблюдая за мной из-под ресниц и старательно пряча усмешку. — К тому времени, когда ты доберешься до верхних ступеней, тебе уже будет совершенно все равно, сколько народу на тебя при этом смотрит.
С этим было трудно не согласиться. Я снова задумчиво окинула взглядом предстоящий подъем. Отсюда, с земли, гора казалась совершенно обычной, прочной и монолитной, как и множество подобных ей гор по всему континенту. Трудно было даже представить, что то, что увиделось мне под ней с высоты драконьего полета, не было ни галлюцинацией, ни вымыслом и ни бредом. И все же я не сомневалась в том, что «драконье око» меня тогда не подвело.
Там, в недрах горы, под толщей скальных пород, крепко спала, свившись в огромный неподвижный клубок, огромная — просто исполинская! — белая змея.
Впрочем, спала ли?..
Мне вдруг вспомнилось гневное змеиное шипение, звучавшее в моей голове тогда, в горах, когда Кройден сорвался со скал, и я украдкой покосилась на Сева. Интересно, знал ли он сам о том, что скрывается под этой горой?
Оборотень, стоявший рядом со мной, спокойно смотрел вперед — на высокую лестницу, уводящую на самую вершину горы в обрамлении золотистого света многочисленных магических огней. Однажды я обязательно спрошу его об этом… Когда-нибудь, когда придет время.
Мы пересекли площадь под многочисленными взглядами зрителей, стоящих по обе стороны от прохода, и подошли к началу лестницы. Оборотень внезапно остановился.
— Кстати, ты ведь так до сих пор и не ответила на мой вопрос, помнишь? — тихо напомнил он мне, едва заметно хитро улыбаясь.
Ну разумеется, я помнила.
