Вдруг представилось, что теперь так и придётся раз в полгода или чаще устраивать свою жизнь в Сучаве заново, то есть идти на поклон во дворец к очередному молдавскому государю, называться родственником и просить убежища, а если откажут, то где-то скрываться, пока власть в Молдавии снова не сменится.
Занятый этими невесёлыми мыслями, Влад сидел на крыльце и смотрел, как Нае колет дрова. Слуга явно боялся держать топор в руках — а вдруг по ноге хватишь. Нае тюкал вполсилы и часто промахивался.
— Дай-ка мне, — сказал Влад, поднимаясь с крылечка.
Скинув овечью безрукавку и оставшись в рубахе, даже не подпоясанной, недавний румынский государь принялся за дело. Наученный обращаться с мечом, он и топора в своих руках не боялся. Топор ведь — тоже оружие, и тоже требует точности ударов.
Поленья, расколотые аккурат посередине, так и разлетались в стороны. Нае еле успевал поставить на деревянную колоду очередное полешко и убрать руку, как уже требовалось ставить следующее. Он даже запыхался, а вот его господин ничуть не устал.
Мужицкое занятие, совсем не достойное князя, Владу понравилось. Пока колешь дрова, не нужно думать. В голове приятная пустота, как если бы у тебя совсем не имелось забот — знай себе выцеливай, как ударить точнее.
— Вот про него я тебе и говорил, — вдруг послышался за спиной весёлый голос, странно знакомый.
Нае с очередным поленом в руках замер и поклонился кому-то, так что Владу пришлось обернуться, дабы узнать, кто же пожаловал в гости.
Голос и впрямь был знакомым. В проходе между углом дома и углом курятника, спиной к улице, отгороженной высоким забором, стоял Молдовен и вёл непринужденную беседу с неким седоусым человеком. Говорили эти двое про Влада и как-то странно посматривали.
Влад окинул их вопросительным взглядом, особенно седоусого. Цель их прихода оставалась неясной, но не подлежало сомнению, что седоусый подобно Молдовену является бывалым воином — пусть на гостях не оказалось доспеха, и мечей не было, но осанка говорила сама за себя. А ещё Владу бросилось в глаза, что Молдовен как будто приоделся — кафтан на нём выглядел дороже, чем прежние: "Неужели он устроился на службу к Богдану? И воевал в Богдановом войске против Александра? Ну, тогда многое ясно".
— Доброго тебе дня, Влад, сын Влада, — меж тем произнёс седоусый и чинно поклонился.
— И тебе доброго дня, незнакомец, — ответил недавний румынский государь, не кланяясь.
— Мне сказали, что ты — хороший воин, — меж тем продолжал седоусый, — но тогда почему у тебя в руках не меч, а топор?
— А это для разминки, для разминки, — поспешно встрял Молдовен. — Вот сейчас разомнётся, и начнёт с мечом упражняться. Он каждый день так. Уж я-то знаю. Я сам с ним упражнялся, пока время позволяло. Ручаюсь — воин он хороший.
— Не желаете ли вы оба поупражняться сейчас? — спросил Влад. — Если что, так я готов. Мне в одиночку сражаться против двоих будет полезным опытом.
— Нет, благодарю, — ответил седоусый. — Мне нет нужды тебя испытывать. Я видел, как точны твои удары, пусть и наносимые топором. А если ищешь того, с кем можно скрестить деревянные мечи, я могу это устроить.
Влад ещё раз оглядел своего собеседника:
— А! Ты, значит, наставник некоего молодого воина? И хочешь, чтобы я бился с ним, дабы он мог преумножить своё мастерство?
— Ты догадлив, — засмеялся седоусый.
— Вот! — опять встрял Молдовен, кивая своему знакомому на Влада. — Я же говорил, что он лучше, чем тот боярский сынок, которого ты наметил Штефану в соученики.
— Получается, тот, с кем вы предлагаете мне биться, зовётся Штефаном, — подытожил Влад, воткнув топор в колоду. — Что же это за воин такой, о котором сразу двое бывалых воинов хлопочут?
— Штефан — сын Богдана, нового государя земли Молдавской, — важно пояснил седоусый и добавил уже более скромно: — Я Штефанов наставник в воинском деле. Вот ищу достойного человека, чтобы стал Штефану товарищем в учении и противником в учебных поединках. Платы за это не полагается, потому что учиться вместе с наследником престола — дело само по себе почётное. К тому же, если я увижу, что от тебя Штефану польза, ты вместе с ним от меня много полезных знаний переймёшь. Ну, как? Согласен? Приходи завтра во дворец.
Молдовен, стоя за спиной у седоусого, хитро улыбнулся, но Влад и без этого понял, что соглашаться надо.
— Что ж. Я приду, — кивнул румынский беглец, радуясь, что теперь, считай, принят при дворе нового молдавского князя.
— Я сам явлюсь за Владом с утра и приведу к вам, — пообещал Молдовен седоусому.
— Вот и хорошо, — ответил Штефанов наставник, снова отвесил высокородному румыну поклон и пошёл прочь со двора.
Только и слышно было, как скрипнула входная калитка, и почти одновременно скрипнула дверца дома, которая вела во двор — престарелая хозяйка жилища, хоть и была немощная, едва передвигавшая ноги, но умудрялась видеть и слышать всё, что происходит в её владениях.
Молдовен не удержался и панибратски хлопнул Влада по плечу:
— Ну, вот. Дело улажено. Я же говорил, что я тебе не враг.
