— Готов, готов, — взяв себя в руки и перехватив меч поудобней, подтвердил я.
— Гдан-с! — низринулся в тот же миг на меня сверху черный клинок, который, ловко перехватив двумя руками, с огромной силой обрушила на меня в прыжке демоница. Не иначе как намереваясь располовинить, невзирая ни на какой кинетический щит.
Я чудом успел блокировать этот сверхмощный удар своим мечом. И тут же был вынужден уклоняться от следующего. А затем и от другого… Кейтлин махала фламбергом как заведенная. Не давая мне ни мгновения передышки.
И погнали меня по двору… Как метлой собачонку…
Черный фламберг так и порхал в руках Кейтлин, раз за разом обрушиваясь на меня тяжеловесной дубиной. Мне даже в контратаку перейти не удавалось. Только отступать, ускользать и уклоняться от чудовищного оружия моей невесты. Слишком уж различна дистанция боя у короткого клинка и длинного двуручника.
Но, надо заметить, с рапирой и кинжалом мне куда как сложней было Кейтлин противостоять. Да, достать я ее в данный момент не могу, но она со своей стороны тоже не может похвастаться особыми успехами. Ну, гоняет и гоняет меня — что с того? Если зацепить не может. А вот выдохнется сейчас, и тогда мы посмотрим!
Только девушка и не думала уставать. То ли озлилась на меня так, что усталости просто не замечала, то ли реально настолько сильна, что тяжеленным двуручником может махать очень и очень долго…
— Гдан-с! Гдан-с! — метался по двору звон стали, и разлетались плотные снопы искр.
Поединок затягивался. Никто не хотел уступать. Уж Кейтлин точно, судя по охватившему ее азарту.
И я решил использовать это, дабы заманить в ловушку одну чересчур увлекшуюся особу. Начал намеренно отступать. Увлекая демоницу к соседскому дому, от которого остались голые стены. Готовили его под снос…
Кейтлин действительно слишком увлеклась поединком, в отличие от меня. Потому как преспокойно последовала за мной сначала на высокое каменное крыльцо, а затем и в дом. Только когда мы миновали холл и очутились в узком коридоре, начала понимать, что что-то не так… Здоровенным фламбергом-то здесь уже так просто не помахать.
— Гдан-с! — столкнувшись, зазвенели наши клинки. И снова: — Гдан-с! Гдан-с! Гдан-с!
Это я, поняв, что момента удачней мне не подгадать, ибо Кейтлин вот-вот сообразит, что ее заманили в ловушку, резко перешел в наступление. И, не давая девушке развернуться, быстро-быстро в угол ее загнал. Где и провернул рискованный трюк из арсенала кельмских стражников.
Отбив фламберг вверх, я сразу же провел резкий колющий удар в его лезвие. Понятно, его толкнуло назад, а мой клинок соскользнул — ушел в сторону. И — кр-рак! — воткнулся в стену! Всего в паре дюймов от шеи девушки! После чего мне оставалось лишь двинуть чуть правой рукой вперед… Чтобы птичка попалась.
— Вот так вот! — с превосходством заметил я, оглядывая угодившую в западню леди, что оказалась зажата в углу с острым лезвием под подбородком.
— Одна победа ровным счетом ничего не значит! — запальчиво произнесла она и потребовала: — Выпусти и продолжим!
— А как же признать безоговорочное поражение? — возвращая недавнюю подначку, с ехидством спросил я, обведя девушку плотоядным взглядом и уделив особое внимание ее бурно вздымающейся груди. — И отдаться… — Тут глаза Кейтлин опасно полыхнули Тьмой, и я, запнувшись, быстренько поправился: — В смысле — сдаться на милость победителя?
— Р-р-р… — прорычала она, уставившись на меня чернющими, как истинная ночь, очами.
И я едва успел отшатнуться, выдернув из стены меч. Ибо чуть не схлопотал по горлу длиннющими когтищами серой стали! Которые, неизвестно еще, остановил ли бы кинетический щит. От природного-то оружия хищников он обычно бесполезен.
А в следующий миг на меня с чудовищной силой обрушился фламберг. И — гдан-с! Оказался разрублен о мой выставленный в жесткий блок клинок.
Демоница, замерев, недоуменно уставилась расширившимися глазами на свое обезображенное оружие, от которого осталось не более трети длины. Потом перевела взгляд на меня. — Ты… — потрясенно начала она. Запнулась и через миг воскликнула с уже неприкрытым негодованием: — Ты что с Угольком сделал, скотина?!
— А что я? — смущенно пробормотал, убирая руки за спину и отталкивая левой ногой подальше от себя угольно-черную волнистую полоску металла.
— Ну, Стайни… — зловеще протянула Кейтлин, глядя на эту картину. И гневно припечатала-пообещала, с досадой швыряя огрызок, оставшийся от ее превосходного фламберга, на пол: — Это очень дорого тебе обойдется!
«Ага! — поддакнул ей бес. — Как минимум в половину библиотеки Ушедших!»
