Первые стрелы ушли в воздух, но они не успели долететь, как взвились вторые и третьи. Лучники стреляли беспорядочно, даже не пытаясь давать залп, просто стрел было тысячи, свою жертву какая-нибудь найдёт. Стрелы упали в гущу наступающих рыцарей, немногие попали, ещё меньше наповал сразили рыцарей, большинство просто воткнулись в грязь. Латы рыцарей защищали от стрел, просто их было так много, что рано или поздно стрелы находили прорехи и рыцари падали с коней. Кони тоже не все имели защиту, поэтому чудовищные английские стрелы пригвождали лошадей к болотистой земле, ломая ноги всадникам, раненые лошади начинали метаться, создавая хаос. Пятый, шестой залпы создали настолько непроходимый частокол из длинных стрел, что рыцари вообще остановились, а многие попробовали вернуться, но задние ряды напирали, создавая месиво из стали, раздираемого стрелами мяса, грязи и воплей. А коннетабль посылал новые рыцарские отряды в эту неразбериху, усиливая сумятицу и подставляя рыцарей под убийственные стрелы англичан. Обстрел стал более редким, потому как лучники отстреляли по два комплекта, а мальцы из обоза замешкались с подносом связок стрел. Английский главнокомандующий дал сигнал и колонны пришли в движение.
Медленно английские колонны приближались, чтобы не терять сил и не залезать в перемешенное конскими копытами болото. Единичные рыцари атаковали колонны, получая в упор по нескольку стрел или падая под ударами английских рыцарей. Начала завязываться рукопашная, английские колонны стояли ровно и держали строй, выпуская стрелы, едва была возможность, а пробившиеся через болото королевские рыцари вступали в бой поодиночке, совершенно обессиленные. Многие бросили лошадей и передвигались пешком, так было проще, но преодолев это болото, заваленное трупами лошадей и рыцарей, продравшись сквозь частокол и дождь стрел, сил у таких рыцарей оставалось немного. Происходило форменное избиение, многих рыцарей добивали своими тесаками английские лучники, тут же обшаривающие рыцарей, срывающие перстни, цепи и забирая дорогое оружие. Многие лучники при этом были без порток, как обычно армия страдала жесточайшим поносом, чтобы это не мешало в бою, надевали одну рубашку, а ноги были в обмотках, удобной вещице для болота – нога в обмотках не увязает в грязи.
Сен-Поль смотрел на избиение с обречённостью предсказателя. Гибли лучшие рыцари королевства, но сделать ничего было невозможно. Коннетабль отправлял в атаку всё новые отряды из остатков рыцарей, в ход пошли крестьяне, легко пробиравшиеся между трупами рыцарей и столь же легко гибнущие от стрел или рыцарских мечей и топориков. Из-за узости равнины, численное превосходство не имело ровным счётом никакого значения, англичанам оставалось стоять на позиции и перемалывать силы королевской армии издали чудовищными стрелами или вблизи ударами по обессиленному противнику. Англичане даже не наступали, противник кидался сам на пики и алебарды. В лагере, сверху было видно, началась паника, многие рыцарские отряды, потолкавшись в задних рядах начали возвращаться или откровенно бежали, часто не разбирая дороги и сбивая крестьян. Ополчение тоже стало волноваться, наёмники, неспокойные со вчерашнего дня ругались с кондотьерами, некоторые просто уходили по дороге в тыл. Войско распадалось, коннетабль в отчаянии метался между отрядами рыцарей и наёмников, король бледный сидел у шатра с очередным кубком вина. Обозники тоже начали отгонять возы подальше, в лагере шёл грабёж и бегство.
Но вот колонны англичан постепенно стали двигаться, выполняя сигнал командующего и входить между холмами, сминая остатки рыцарей и крестьян, стоящих на равнине. Пройдя некоторое расстояние, англичане столкнулись с более-менее организованными и свежими отрядами рыцарей, не бросивших поле боя наёмниками и оставшимися в живых крестьянами. Завязалось кровавое сражение, где лучники уже не имели такого решающего значения, поскольку первые ряды, уже вооружившиеся трофейным оружием или пользующиеся своими тесаками, расстреляли все стрелы, а поднести в такой толчее не было возможности. Конечно, масса стрел валялась под ногами, но подбирать их в толчее, а особенно стрелять в тесноте из такого огромного лука было сложно. В тесном строю как раз годились короткие тесаки, да если подобрать щит, то можно устроить добрую старую резню. Рыцари размашисто дубасили с двух рук клевцами и топориками, реже мечами, не заботясь о защите – латы выдерживали любые удары, хватало бы сил для собственных ударов. Хотя королевские рыцари оказывали сопротивление, англичане всё равно неумолимо продвигались, при этом несли малые потери, чего не сказать о таящем королевском войске. С холма было видно, что королевский штандарт исчез, вместе со знаменем коннетабля, что добавило неразберихи в войсках, привыкнувших ориентироваться на флаги военачальников и сигналы труб с барабанами. Многие, не увидав на привычном месте знамён командования, а сигналов было давно не слыхать, просто бежали с поля боя, полагая, что сражение проиграно и скоро бежать станет труднее.
