Среди малахитовых колонн, подпиравших высокие потолки с орнаментами, проплыло, не касаясь сверкающего плиточного пола, нечто. У него была нежно-оранжевого цвета кожа, дымный хвост вместо ног, широкая тигриная пасть, огромные выпуклые глаза, кривые рожки и золотые волосы, застывшие в виде симметрично вылепленных скульптором завитков, словно у ожившей статуи. Оно облачилось в роскошный халат, который едва охватывал тугое круглое брюхо, а в руках его имелась длинная, как посох, и сверкающая лаком флейта. Существо подплыло к магу, дунуло во флейту, сыграв три пронзительные высокие ноты, и обратилось на гроганском:
— Давно сие место не попиралось стопами детей рода людского! Ты первый за долгие времена!
Провозгласив сие, существо замерло в молчании.
— Я — Тобиус Моль, магистр Академии Ривена, — нерешительно представился Тобиус, почувствовав, что пауза слишком затянулась.
— А мое имя не будет тебе известно никогда! Ибо имя огэбо принадлежит лишь ему и известно лишь его магу-побратиму! Покажи мне знак, которым ты награжден!
— Меня никто ничем не награждал, и…
Носитель флейты задумчиво крутанул в коротких пальцах свой инструмент. При этом его огромные выпученные глаза смотрели в разные стороны, и Тобиус не знал, чего ждать.
— Если ты пришел в Гэмон, это значит, что ты заключил договор с одним из огэбо. Лишь его знак мог стать твоим ключом сюда. Только знак, и больше ничто. Я думаю, что он на твоем левом предплечье, на внутренней стороне.
Волшебник закатал рукав и сам не без удивления уставился на пульсирующий синевой рисунок, который можно было бы прикрыть наперстком.
— Я даже не почувствовал…
— О-о-о… у меня нет для тебя хороших вестей, Тобиус Моль, магистр Академии Ривена! Ты заключил союз с самым никчемным из всех огэбо! Как тебя только угораздило? Неужели не мог выбрать кого-то получше?
— С самым никчемным? Правда? — переспросил волшебник, не понимая в общем-то сути происходящего.
— С самым. Керубалес, огэбо промозглого ливня! Сразу скажу тебе, что нет никакого шанса поменять его. Союз заключается раз и навсегда. Хотя… если хочешь, можно отрубить эту руку. Тогда тебе не удастся ее отрастить заново, но зато ты избавишься от этой огромной обузы!
— Э… неужели все так плохо?
— Поверь! У тебя есть топор? Я могу позвать другого огэбо, у которого есть топор! Он окажет тебе услугу, о несчастный!
— Э, нет! Благодарю за сочувствие, но, пожалуй, я не стану рубить… с плеча. Значит, я смог заключить договор… союз с огэбо?
— Несомненно!
— Я думал, что удастся сначала встретиться с ним…
— Да! Прежде волшебники из твоего измерения сначала являлись в Гэмон, затем искали дружбы с огэбо, чтобы расположить к себе самых подходящих и заключить с ними союз! Но ты сначала запустил из своего измерения в наше
— Измерения… аркан… Измерения? Я что… не в Валемаре сейчас?
— О, Тобиус Моль, магистр Академии Ривена, я же сказал тебе уже не раз, ты в измерении Гэмон! Разве ты не знал, куда отправляешься?
— Я думал, что я призываю огэбо, чтобы заключить с ним союз.
Оранжевое существо задумчиво постучало мелкими коготками по блестящей поверхности флейты.
— Ты забросил аркан.
— Я… прости, почтенный, чье имя мне знать нельзя, но я… я как чадо городского купца, которое очутилось посреди леса впервые в жизни, я ничего не понимаю и не знаю, куда мне идти.
Владетель флейты покачал головой, укоряя молодого волшебника. Это действие требовало от него большой искусности, ибо шея флейтиста была столь коротка и толста, что, по идее, вообще не должна была двигаться.
— Ох, что-то явно пошло не так в Валемаре, если маги растеряли столь нужные знания! Слушай меня и запоминай, о неразумное чадо! Это измерение Гэмон, прилегающее к измерению Валемар! И живем в Гэмоне мы, огэбо, бессмертные и нетленные, вечно созерцающие, многоликие, неповторимые и могучие! И кругозор наш был ограничен лишь нашим миром, пока Владыка Всего не проторил путь из Мира Павшего Дракона в Гэмон и не сказал, что отныне огэбо будут служить ему и тем, кто подобен ему!..
— Владыка Всего?.. — Тобиус едва успел подставить посох под удар флейты.
— Не перебивай!
— Простите!
— С тех времен волшебники Валемара приходили в Гэмон и искали с нами дружбы, дабы заключить союз и получить в помощь себе огэбо! Однако не всегда они находили дружбу с теми, кого прочили себе в побратимы! Порой огэбо не желали добровольно заключать союз, и тогда маги могли бросить слепой аркан! Первый же огэбо, попавший в него, заключал союз с волшебником до самой его смерти. Таков был порядок, установленный Владыкой Всего, и никак иначе мы не можем попасть в Валемар!
— Владыка Всего?
— Маг Магов! — пояснил оранжевый огэбо терпеливо.
— Джасс…
— Не смей произносить имя Величайшего в Гэмоне! Это святотатство! — вдруг воскликнул носитель флейты, грозно раздуваясь, как рыба-еж.
— Не буду…
Оранжевое существо быстро приняло прежние размеры.
