Лаухальганда не ответил, лишь жутковато растянул рот, показывая зубы. Маг отмахнулся от него и наклонился над мужчиной.
— Я знаю, что вы пришли в себя, почтенный. Я принес вам воды, и пора бы уже сменить повязки.
Набрякшие веки толстяка приоткрылись.
— Кто вы?
— Волшебник. Пейте осторожно, а потом засыпайте. Впереди длинный день.
— Куда… куда вы нас везете?
— В Тефраск. Мне нужно в столицу герцогства, и это срочно. Думаю, вам тоже не помешает защита его стен.
— Мы бежали из Тефраска, мудрейший, думали, что успеем покинуть Каребекланд. Но не успели…
— Боюсь, у вас нет выбора. Если хотите, я оставлю вас здесь и не стану дальше тащить за собой, но без охраны вы очень скоро погибнете.
— Это так.
— А теперь довольно разговоров.
— Мы очень вам бла…
— Что в моей речи вам непонятно? Молчите уже.
Дымных столбов на горизонте становилось все больше, и головная боль медленно росла. Однако довольно долго на их пути никого не встречалось. Враг не озаботился разослать достаточное количество патрулей, словно не знал, что большие скопления людей иначе как по дорогам передвигаться не могут. Или же зуланам интереснее было метаться от одной деревни к другой, надеясь найти еще не брошенную и не сожженную. Ловить беженцев проще — их не защищают стены, — однако они торопятся прочь, торопятся на восток, а там… там армия.
Если верить Хазактофему, полки Валарика Вольферина собирались на границах Каребекланда с Фаэронхиллом и Энверигеном. Узурпатор копил силы, чтобы выступить в Каребекланд. Тобиус надеялся на это, нет-нет да и поглядывая с тоской на проползающие невдалеке пепелища. Все крупные селения всегда располагались поближе либо к источникам воды, либо к дорогам, и, пройдя по тракту, зуланы зачистили все самые «аппетитные» деревни, села, хутора. Волшебник разубеждал себя в том, что стоит искать на пепелищах выживших, — слишком опасно было останавливаться, и он правил все дальше и дальше, выслушивая предупреждения Керубалеса.
Пронзительный крик раздался над головой. Несколько кожистокрылых «птиц» с голыми хвостами кружили над дорогой и… следили за каретой. Волшебник поднял руку и метнул Огненную Стрелу. Одна из тварей превратилась в пепел, две другие улетели прочь, визжа и чирикая. Не к добру.
Не прошло и часа, как Керубалес забил тревогу:
— Погоня!
Тобиус взял посох и вынул из поясного кольца жезл, развернулся и взглянул назад. За каретой гнались верховые зуланы. Громко взрыкивая и размахивая оружием, они подгоняли больших красных звероящеров и направляли стадо мелких разноцветных. То были маленькие подобия ездовых хищников: зеленые своими размерами не уступали телятам, а еще более мелкие, желтые, походили на свору собак, и их было много.
Серый магистр скрестил посох с жезлом, выкрикнул нужные слова и ударил потоком шипящих молний. Он метнул Магматическое Копье, которое взорвалось, оставив лужу кипящей магмы на дороге, затем Снежинки-лезвия, рассекающие сталь как масло, испепеляющее Перламутровое Шило и Молот Пустынного Песка, который не только разрушает препятствие, но и вытягивает влагу из всего живого. Он хотел метнуть еще Топор Шааба, как вдруг виски заломило. Притаившаяся прежде боль выметнулась из своего логова в затылке и вцепилась в мозг всеми когтями. На какой-то миг он ослеп и оглох, потерял равновесие и чуть не свалился под колеса кареты. Едва придя в себя, волшебник окинул свои запасы силы и обнаружил, что практически пуст, не осталось почти ни иора. Но как такое могло произойти? С тем, что у него было еще с утра, он мог бы сражаться не менее часа, орудуя обычными боевыми заклинаниями. Куда все ушло?
— Керубалес…
— Прости, но ты почти обессилел. Без твоей магии я не могу вместиться в Валемар.
— Я понимаю! Просто предупреди меня, если у врага появится подмога!
Тобиус поднялся на крышу кареты. Зуланы нагоняли, красные ящеры, несущие их на себе, оказались более резвыми, чем магический зверь, запряженный в огромную тяжелую карету. Маг слышал воинственный клич одноглазых, один из которых метнул в Тобиуса копье. Тот сместился вправо, позволяя снаряду, годному для стрельбы из большой баллисты, просвистеть мимо. Ведущий ящер поравнялся с каретой, и его всадник, ловко оттолкнувшись от спины зверя, перепрыгнул на крышу. Карету ощутимо тряхнуло. Не теряя времени, Тобиус ударил по лысой башке жезлом раз, еще раз. Он пробил затылок зулана, и тот свалился под колеса.
