Я разочаровано приостановилась. Стало обидно из-за такой несправедливости: глаз-то видит, да зуб неймёт. А я ведь уже предвкушала, как прикоснусь к холодным серым стенам гигантов, ощутив себя мелкой песчинкой — всего лишь одной из многих, крошечной частичкой воплощённой в них вечности. Конечно, Смарт был прав, я быстро выдохлась и про горы мечтать перестала. Мысли об отдыхе и еде скоро вытеснили из меня всю романтику. В какой-то момент уже готова была упасть просто на каменистую землю — сил больше не было. Даже двужильный бродяга притих, задумавшись о чём-то своём, скорее всего не особенно весёлом. Моё неизбежное падение предупредил его удивлённый возглас. В чем-чем, а в наблюдательности парню точно не откажешь.
— А это что за хоромы такие?! Кажись, нам сегодня везёт.
Тут я шлёпнулась задницей на ближайший камень и завертела взлохмаченной головой. Слева от тропы, по которой мы брели уже не первый час, в отдалении обнаружилась кособокая избушка, ловко спрятавшаяся в непривычно густом здесь кустарнике. Это ярко-зелёное пятно в царстве серых камней умилило до слёз.
— Тут что, ещё и живут?! — моё сомнение было закономерным. Местность выглядела так дико и неприветливо, что подозревать в доступной близости человеческое жильё казалось очень странно, а тем более его тут же и обнаружить.
— А вот мы пойдём и проверим, — спокойно распорядился Смарт. — Даже если не живут — передохнуть в укромном уголке нам не помешает. Да и перед встречей с твоим дружком силёнки поднакопить будет не лишним.
С этим я поспорить не могла. Так устала, что готова была брать эту случайную избушку штурмом, только бы обрести покой и несколько часов крепкого сна, желательно без сновидений. Вот только подняться с камня никак не получалось, будто приклеилась. Смарт сделал несколько шагов в направлении желанного отдыха, но заметив отсутствие какого-либо движения сзади, недовольно оглянулся.
— Ну, и чего сидим? Кого ждём? Особенного приглашения с подписью и печатью председателя Совета мудрецов?
Его раздражённая ядовитость меня не смутила.
— Не могу встать, ноги не ходят, — пожаловалась я, продолжая изображать памятник самой себе.
— Не, носить я тебя не нанимался, — возмущённо заявил Смарт, возвращаясь и подхватывая меня на руки.
Я с облегчением вздохнула, доверчиво обнимая ворчуна за шею.
— Ты настоящий друг! — заявила с искренностью, которую в ту минуту даже чувствовала.
— А ты бессовестная захребетница! Устроилась на моей шее ездить, да ещё и за бесплатно, — не менее искренне простонал мой носильщик. — Наглость — второе счастье. Я всегда это знал.
Избушка из кустарника, к нашему удивлению, оказалась жилой. И была она хоть и кривобокой, но чистенькой и опрятной. В круглых окошках призывно шевелились цветные занавески, на ступеньках лежал травяной коврик, на котором сидел ёжик и без стеснения пил молоко из блюдечка. Такая идиллия показалась картинкой из доброй сказки. Жаль, что именно в такие сказки я никогда не верила. Пугаться, вроде, было нечего, а стало страшно. Дорога пробудила во мне это первобытное чувство, сделав пугливой, словно заяц. Завертела головой отыскивая опасность, но ничего подозрительного так и не заметила, кроме того, что в этом домишке проживала явно очень трудолюбивая хозяйка. Женская заботливая рука чувствовалась во всём: выкрашенные в зелёный цвет ступеньки и перила, чисто вымытые окошки с цветными стёклышками, и одурманивающий запах свежей выпечки, соблазнителем выскользнувший к нам навстречу из приоткрытой двери. Смарт закрыл глаза, жадно втянул носом воздух и промурлыкал, почти, как нелюбимый им кот:
— Это мы хорошо зашли.
