И эта стерва сейчас спокойно уходила, оставив Ленор стоять с опущенным в землю взглядом. Наверное, так бы и ушла, если бы Драконовой не взбрело в голову брякнуть напоследок:
– Какой же надо быть дурой, чтобы взять на виритту свою покойную мамочку-заговорщицу.
Последнее, что мне показала Эвиль – как Ленор бросается на Драконову, потом голограмма погасла. Видимо, произошедшее дальше вымарала местная цензура в лице Софии и ее свиты. Или…
Что «или» я додумать не успела.
– Вот ты где.
Хлопнув ладонью по браслету, отправила свою помощницу отдохнуть и обернулась: ленивой походкой голодного хищника ко мне приближался Люциан.
Сказать, что он был зол, пожалуй, было нельзя. Потому что судя по прищуру, в котором плескалось золотое, ничуть не уступающее солнцу, пламя, Люциан был очень зол. Вот только у меня не осталось ни сил, ни желания на пикировки, а главное, я совершенно точно ни с кем не хотела ссориться. Потому что если из меня случайно, при полном отсутствии темной магии, вылетает всякое… то я даже знать не хочу, что еще может вылететь.
– Привет, – сказала я. – То есть доброе утро.
– Привет? Доброе утро?!
– Согласна, доброе оно сомнительно. Не знаешь, что там?
Люциан медленно повернулся в сторону, куда я указывала.
– Это такая попытка свинтить с темы, Ларо?
– Да не хочу я никуда свинчивать, – мотнула головой. – Мне правда интересно. И еще я хочу с тобой поговорить там, где нас никто не увидит.
Если фраза про интерес прошла мимо, то разговор там, где нас никто не увидит, Люциана явно заинтриговал. Потому что он нахмурился, но все-таки кивнул в сторону дорожки, ручейком текущей между каменных стен и выводящей к массивной арке, под которой дракон мог пройти. Кстати, может и правда сможет?
– Ну пойдем, – сообщил Люциан тоном, не предвещающим мне ничего хорошего. Потом еще сильнее нахмурился: – Ларо, что у тебя с волосами?
– Тебе еще не рассказали? Я спала вниз головой.
– Очень смешно, – хмыкнул он.
– Некоторые считают, что смешно. На самом деле я пыталась сделать прическу с помощью магии, но это долгая история. Как твой вечер прошел?
Собиравшийся что-то сказать Люциан почему-то промолчал. Многозначительно.
– Согласна, – я вскинула руки. – Надо было тебя предупредить…
– Предупредить?!
– Мне вчера неожиданно стало плохо, – или ожидаемо, после представления у Валентайна, но представлять реакцию принца на объяснения о случившемся мне даже в фантазиях не хотелось. – Поэтому я легла спать. Думала, что получится выспаться до ужина, но…
– Но ты мне посоветовала пойти убиться, – хмыкнул он, сунув руки в карманы.
– Я была не в себе.
– Ты не в себе с того самого момента, как открыла глаза после дуэли, Ларо, – Люциан посмотрел на меня в упор.
Если вспомнить стоящую с опущенными глазами Ленор, поднимающую сумочку Драконовой, я вполне его понимала. Вряд ли мой образ вписывался в общую картину мира девушки, которая безнаказанно позволяет себя оскорблять. Хотя свою семью не позволила, и это обнадеживало.
– Хочешь похвастаться тем, что хорошо меня знал? – я приподняла брови. – Давай, расскажи мне, какая я.
Почему-то рассказывать мне не стали, распрямив плечи и сунув руки в карманы, Люциан уверенно шел к арке. Мы скользнули в ее тень без каких-либо магических проволочек, что лично для меня было странно: что, в Академии ни ворот, ни системы безопасности? Ворот действительно не оказалось, а миновав арку, мы вышли к… на… я даже представить себе не могла, как это назвать. Просто холод и сырость камня остались за спиной так же, как высоченные, тянущиеся к небу стены, а мы оказались на пятачке, или, если быть точной, на огромной зеленой площадке, укутанной туманной дымкой облаков.
М-м-м-м…мама!
Я зажмурилась, но увиденная картина не исчезала. Мы парили над облаками. Замок весь этот… вся эта Академия парила в облаках, а вдалеке, в клочках надорванной природной ваты, виднелась земля. Город. Изгиб реки.
Я открыла рот и закрыла. Снова открыла и снова закрыла. И так несколько раз.
Люциан тем временем подошел к самому краю и остановился так, что носы его ботинок совпадали с обрывом. Я сглотнула. Мелкими шагами приблизилась – самую малость – и снова остановилась. Для той, у кого от попыток посмотреть вниз на экскурсии по крышам кружилась голова, это был явный перебор, но со своими страхами надо бороться. Поэтому я подошла еще чуть ближе. И еще. Ровно настолько, что если бы мне пришлось падать в обморок: взад, вперед, в сторону или по диагонали, до обрыва бы оставалось еще не менее метра.
– Что, так и будешь стоять там? – принц обернулся и усмехнулся, глядя на меня.
– Мне отсюда лучше видно.
– Ларо, здесь защита, – он коснулся воздуха на уровне лица, и от его ладони побежали искрящиеся золотые круги.
Защита? Ну тогда ладно.
Смелая я подошла ближе и остановилась почти вровень с ним. Защита, конечно, была так себе, потому что здесь, на обрыве, ветер обманчиво-ласково гладил лицо, грозя вот-вот надавать пощечин.
– Так о чем ты хотела поговорить? – Люциан повернулся ко мне. – Там, где нас никто не увидит?
– Здесь красиво, – призналась я.
