Мост был очень широким. Казалось, что даже десять всадников легко проедут здесь в ряд. По краям справа и слева его окаймляли каменные парапеты, доходящие до груди. Парень медленно шёл в темноту и слушал ослабевающий шорох дождя по камням, пролежавшим тут сотни лет и…
– Что это? – спросил он вдруг сам у себя.
Впереди виднелось что-то тёмное. Аксель медленно подошёл ближе и внутри у него всё упало.
– Не может быть… чёрт, как это могло произойти? Это же каменный мост…
В трёх шагах от Акселя моста просто не было. Он заглянул вниз – там виднелись обломки каменной опоры и за ними бушевали мутные воды Серой Реки. Парень поднял глаза. Сейчас, в темноте, ему непросто было сказать точно, но вроде бы, не более чем шагах в шести, мост снова продолжался.
– Свиньи черти, это чьей же силищей можно снести каменную опору и часть моста? – вопрос, конечно, никому конкретно не предназначался, но… Акселю почудилось вдруг, что он слышит смех женщины с каштановыми волосами. Немного постояв в нерешительности, парень снова заглянул вниз, затем посмотрел на камни моста в шести шагах перед ним – нет… перепрыгнуть он не сможет. В своём обычном состоянии ещё может быть, но не теперь… Однако…
– Да… – прошептал он, – вот же оно, – Аксель быстро похромал назад к дороге – там, пока пробирался к арке, он видел несколько поваленных сосен. Если получится притащить к пролому моста хоть одну, то по ней можно перебраться на тот берег. Это не так-то сложно.
Юноша быстро нашёл бревно с обломанными ветвями ещё не совсем трухлявое и такое, чтобы он смог поднять один его конец и волоком тащить к мосту. Вся работа заняла не более получаса, и самое сложное оказалось в конце. Чтобы закинуть ствол сосны на тот край пролома, нужно было поставить бревно стоя и затем повалить его вперёд. Аксель с больши́м трудом поднял бревно и, только толкая его вперёд, с ужасом подумал: «А что если хрупкая сосна от удара сломается?» Но… было уже поздно, бревно с треском ударилось о камни на том краю пролома, в стороны полетели щепки и обломки веток и… осталось лежать.
– Хвала небесам, – прошептал Аксель, – получилось!
Он нагнулся и пошевелил лежащий перед ним ствол сосны – он не качался, но всё же, идти по нему ногами было бы слишком опасно. Аксель ухватился руками за сук чуть впереди себя и сел на бревно. Потом подтянул тело вперёд и его ноги повисли в воздухе. Он попытался пошататься, но бревно не шелохнулось. Тогда Аксель протянул руки вперёд, обхватил ими бревно и потащил своё тело по скользкой древесине и в этот момент в нескольких шагах впереди что-то хрустнуло. Акселя резко тряхнуло, бревно молниеносно перевернулось, и перед парнем мелькнули серое небо и арки моста. Затем он услышал треск рвущейся куртки, правое предплечье обожгло острой болью, его снова крутануло, и он увидел стремительно приближающиеся камни сломанной колонны. Потом удар, боль, брызги, снова удар и темнота.
Когда Аксель открыл глаза, он ничего не увидел, его взор застилала алая пелена. Голова раскалывалась на кусочки, он весь был будто парализован. Где-то рядом шумела река. Парень со стоном попробовал приподняться и ощутил острую боль в левой руке:
– О-о-о-о-о чё-о-о-орт, – закричал он и повалился обратно на спину. В его памяти всплыли рассказы о путниках, которые падали в неглубокое ущелье и ломали себе спину. Они оставались живы, но не могли пошевелиться и ждали так, пока их убьёт жажда или дикий зверь. Акселю вдруг стало жутко… левая рука отчаянно болела. Он попробовал пошевелить правой, и она послушалась. Парень начал наугад шарить правой рукой рядом с собой и нащупал какой-то странный металлический предмет. Он попытался притянуть его к себе, но тот оказался слишком тяжёлый. Аксель повернул к нему голову, но глаза всё ещё ничего не видели. Тогда он дотянулся до воды и промыл их. Потом немного полежал и, собравшись с духом, рывком через боль и стоны перевернулся на правый бок.
– То-то, свиний дьявол, – прохрипел он, – меня так просто не возьмёшь!
Левая рука безвольно болталась – очевидно, была сломана. Но спина цела. Значит, Аксель точно выберется.
Он подполз к реке, уронил лицо в мутные воды Энгстель и начал жадно пить.
Напившись, Аксель снова нащупал что-то металлическое под правой рукой и решил всё же рассмотреть что это. Он уцепился за округлый вытянутый стержень и потянул его на себя. Оказалось, что это лишь часть большого предмета, скрытого песком и камнями. Аксель набрал в горсть воды и плеснул на стержень. Вода смыла песок, и тот блеснул золотом и зеленью.
Парень почти позабыл о боли в спине и в левой руке. Кряхтя, он встал на четвереньки и со всей силой, какая у него осталась, потянул на себя блестящий штырь, извлекая из песка огромный неясный предмет. Ещё минута и поражённый, запачканный кровью и грязью парень, с разбитым лбом и сломанной левой рукой, держал на коленях узкий и длинный меч в сгнивших кожаных ножнах. Большую рукоять из бронзы и кости украшали чёрные и зелёные камни и изображение дракона…
Аксель оторвал гнилые куски кожи. Под ножнами меч сверкал так, будто был только что выкован.
