- Солдатам платят, - сказал Энди.
- Не может быть, чтобы платили им всем. Их слишком много. И вообще, они что, очень богаты, эти зерновые магнаты?
- Богаты то богаты, но не настолько, чтобы платить всем и каждому, - пояснил Мануэль. - Они действуют хитрее. Пускают в ход свои денежки, чтобы взбудоражить людей. Каждую мелкую обиду или несправедливость всячески раздувают и используют в соответствии с тем, что стоит у них на повестке дня.
- На чем стоит? - не понял Хонт.
- Эй, парень, да ты и на самом деле из захолустья.
- Слушай Мануэля, Хонт, - съязвил Свейн. - Он у нас грамотей.
Означенного грамотея колкость Свейна ничуть не смутила. Он действительно закончил училище, в котором готовили драконопасов из ребят постарше. В эскадронах таких было немного, и они всегда выделялись.
- Слушай, Хонт, - промолвил Мануэль, - повестка дня - это вроде как список того, что они собираются сделать. А собираются они прежде всего добиться независимости, которая нужна им, чтобы поднять цены на зерно. Добрая треть всей пшеницы и ячменя Аргоната растет в Аубинасе. Там самая плодородная почва в мире.
- Ура, наконец-то мы об этом узнали! - проворчал Свейн, малость задетый тем, что «грамотей» снова его обставил.
Хонт, однако, этим объяснением не удовлетворился:
- И все равно мне не ясно, почему аубинасские ребята сражаются за магнатов. Разве они не видят, что сами магнаты своими шкурами не рискуют?
- Богатеи заморочили людям головы россказнями о том, будто Империя грабит Аубинас непомерными налогами, с ноткой раздражения сказал Энди. Убедили, что стоит добиться независимости - и все разом разбогатеют.
- Точно, - подхватил Джак, - только на деле от не зависимости выиграют одни магнаты.
Маленький драконопас уже разбирался, что к чему в этой жизни.
- А остальные, выходит, будут платить за хлеб гораздо больше?
- И за все прочее, - добавил Мануэль. Если поднимается цена на один из основных товаров, такой, как хлеб, следом дорожает и все остальное. Кому при этом придется худо? Конечно же беднякам.
- Неужто этим магнатам мало того, что у них есть? Я слышал, будто они живут во дворцах и держат целые армии слуг.
Все дружно закивали: богатство аубинасских зерноторговцев было притчей во языцех.
- Неужели простые аубинасцы ничего этого не понимают?
- Вот уже не знаю, - сказал Свейн. - Можешь спросить у Релкина. А то наш умник из Куоша сегодня что-то отмалчивается.
- Что думаешь, Релкин?
- Почему они дерутся, я не знаю, да и не мое это дело. Но, нападая на нас, они обрекают себя на смерть. Люди не могут выстоять против драконов. Это не война, а резня.
- А вот Пурпурно-Зеленому такая война, кажется, нравится.
- Он по-прежнему хочет отомстить. Дня не проходит, чтобы бедняга не горевал о потерянных крыльях.
Все молчаливо согласились.
- Ну ладно, а чем все это кончится? - поинтересовался Энди. - Может, раз мы их пуганули, так и драки больше не будет? Шли бы они себе по домам.
Релкин покачал головой. Если бы все могло быть так просто.
- Мы их побили, но вовсе не разгромили. Думаю, скоро опять состоится битва.
Настоящая битва? - спросил маленький Джак, которому в голосе Релкина почудилось что-то пророческое.
- Да, я чувствую это. Битва нешуточная, и грянет очень скоро.
Словно нарочно, для усиления драматического эффекта, пророкотал гром. Со стороны Ясного моря надвигалась новая буря.
- Клянусь Рукой, опять дождь, - негодующе воскликнул Свейн.
- Реки уже выходят из берегов.
- Нужно прятать снаряжение. Кузо задаст жару любому, на чьем драконе будет мокрый джобогин.
Драконопасы захлопотали, готовясь встретить дождливую ночь.
Дождь клокотал в водосточных желобах, барабанил по окнам и крышам. На улицах Марнери завывал яростный ветер, и благоразумные горожане старались нос не высовывать из дому. До темноты оставалось не меньше часа, но уже сгущался сумрак, потому что небо затянули тяжелые облака. Лавки на Башенной улице закрылись рано: приказчики задраивали окна и запирали ставни. Фонарщику пришлось взяться за работу. Ему было нелегко - сильный ветер так и норовил задуть огонь.
На Водяной улице виднелась одинокая фигура. Женщина в навощенном дождевике и широкополой шляпе спешила вверх по склону, огибая лужи и уворачиваясь от хлеставших с крыш потоков воды. Ветер старался сорвать шляпу, но она была надежно завязана под подбородком. Лагдален из Тарчо торопилась домой, к дожидавшейся вечернего урока Ламине. Сегодня Лагдален обещала дочке почитать выдержки из объемистой «Географии», содержавшей описания дальних стран, составленные капитанами белого флота. Девочка очень любила рассказы о заморских землях.
