Вездесущие руки шныряют поверх одежды, из карманов достали абсолютно все, даже старый брелок. Моей спины коснулась холодная сталь ножа, благо тупой стороной. Разрезанная футболка повисла тряпкой, болтающейся на ветру. С боцманом поступили так же. Последним в ряду стоит капитан, интересно, его щегольскую рубашку тоже разрежут? Боцман снова что-то бурчит, только куда как тише. Вслушался:
— Акт устрашения. Это хорошо, живыми оставят.
Это он меня сейчас утешает? Отчего-то смешно, кажется, я дебил.
Добрались и до капитана, толком отсюда ни черта не видно, жаль. За спиной топот ног, лязг дверей, вроде шнырят по кораблю, судя по звукам, спускаются в трюм.
Капитана куда-то уводят, следом по одному еще двоих матросов. Ни выстрелов, ни плюха об воду не слышно, уже хорошо.
Мне в голую спину ткнули чем-то холодным. Обернулся и понял, что то был ствол автомата, так же стволом направляют в сторону трюма. Конвой идет за спиной, руки пытаюсь закинуть на затылок, в спину ударяет иноземная брань. Все понял, не так уж они и занемели. У лаза в трюм стоит еще один, автомат у него в руке и палец на спусковом крючке. Держит автомат вроде небрежно, но что я тут сделаю. Жаль, что я не супергерой. Спускаться в трюм откровенно страшно, трап неудобный, оступлюсь — пристрелят. Слыхал я фразу: «Сначала стреляем, потом приносим извинения».
Иду осторожно, точно выверяя каждый шаг. Внизу на ящиках сидят наши, уф, значит, живы и вроде как целы.
— Опусти уже руки, — командует капитан.
— И что с нами будет?
— Повезет — выкупят. Хорошо, если быстро, тогда, считай, повезло по-крупному. Если не повезет, то погостим на берегу, а там уж как будет.
— Не дрейф, садись на ящик. Скоро тут вся команда соберется, — чему-то будто бы радуется матрос.
— Твои слова, да богу в уши, — отвечает ему второй.
Один за другим спускают в трюм всю команду, последним заводят пророка нашего судна — боцмана. Команда встречает его молчанием. Вроде бы можно немного выдохнуть, пока живы все.
— Хорошо, хоть вытяжка пашет, — сухо констатирует наш механик.
— Жаль, что ужин сожрали пираты, — кто о чем, а кок о еде.
— Интересно, нас кормить будут сегодня?
— Хорошо, если воды дадут. Итак повезло, что трюм не до конца загружен. Надо бы ящики перетащить, сидеть еще ладно, а вот спать я предпочитаю лежа.
— Молчи уже, Джинджер. Лучше скажи, что дальше будет, твоя бабушка не сказала?
— Нормально все будет, я так думаю.
— Бабка твоя, тебе видней. Ты бы поспал, что ли, может еще че скажет, а?
— Тише! Двигатель запустили на полную.
— Ля! Худо.
— А ты думал?!
— Почему худо?
— Потому что теперь вероятность погостить на берегу значительно выше. А это — беда бедовская для нас.
— Эльза, ты сошла с ума! А, впрочем, почему бы и нет. Они будут великолепно смотреться в небе вдвоем: твой чудесный Грифон и золотой дракон Корш.
— Я тоже так думаю. А представь себе мой цветник перед дворцом, лужайку и дракона на ней.
— Хорошо бы у тебя челядь не разбежалась.
— Не разбежится, они привыкли. Это первое время, когда я свалилась к ним с Земли, они не могли приноровиться к моим привычкам. А сейчас даже находят их милыми. Корш, ты согласен?
— Простите, вы снимете с меня этот браслет и поможете найти избранницу? А взамен я стану на время главным украшением вашего дворца и страны?
— В целом, да. От тебя нужна нерушимая кровавая клятва о непричинении вреда жителям и животным моей страны.
— Пожалуй, я соглашусь. Там и до моего дома не так далеко. Только избранница должна быть обязательно черноволосой. И сиротой.
— Почему сиротой-то?
— Не хочу, чтобы она скучала по родному дому. Я же не смогу каждый день переносить ее в страну оборотней, это далеко, а я немного ленив.
— Отлично, эльфа заберешь ты, Марцелла. Мне еще на Землю за шарфиком добираться.
— Меня съест мой муж, он жутко ревнив, а тут такой красавец со мной под одной крышей.
— Да ты такая же ревнивая, как твой Эрлик. Взять в горничные семью орков могли только вы двое. Ваш дворецкий Элтин вообще чистой воды зомби! Я как увидела его в первый раз, мне самой дурно стало. Высоченный, тощий, угловатый, несуразный какой-то, а челюсть! Жесть.
— Ой, зато они прекрасно работают, все довольны. И никто никого не ревнует. Тишь да гладь, полное семейное счастье в уютном гнездышке.
— А горожане обходят ваш дом по другой стороне улицы!
— Они это делают для того, чтобы полюбоваться горгульями на крыше.
— Ну-ну. И все же эльфа забираешь к себе на поселение ты.
— Слушай, а если засунуть его пока в замок в моем феоде? Как думаешь?
— Не мытьем, так катаньем, но лишь бы ко мне поближе. Не ко мне во дворец, так в земли твоего феода на территории моей страны. Гениально! А не боишься, что его Эрлик увидит? От порта до замка рукой подать, а твой драгоценный супруг все же начальник порта и оттуда не вылезает.
— Я придумала, его спрячет Эмиль, если я попрошу, он же, как мой наместник, живет в замке и прекрасно знает все укромные уголки! Всего-то на пару дней.
— Договорились. Заглянешь ко мне завтра? Подумаем, где нам добыть невесту для дракона.
— Конечно, до завтра. А я — в замок к Эмилю.
