— Нет, Рин, ты не понимаешь… Этот ритуал проводится очень редко, и я обязан был или прислушаться к мнению своего куратора, или вызвать кого-то другого с кафедры, кто согласился бы исправить за меня мою ошибку. Но это было бы неправильно…
— Никакого риска для жизни, — съехидничал Жан. — А я так надеялся, что после женитьбы ты повзрослеешь!..
Фредо напрягся, так что я положила свою ладонь ему на руку, а Роджер в это же время пнул Жана локтем:
— Потом обсудим, без пацанов и лэраи.
И при этом подмигнул мне с хитрым видом. И-ить, только язык не показал… Взрослый нашелся!..
— А мне кажется, что дело именно в этом! — заупрямилась я. — Вот скажи, если бы так поступил Фонзи, например, от него бы тоже сразу вся кафедра отвернулась?
— Да меня бы исключили сразу, даже раздумывать бы не стали! — фыркнул Фон. — Это Фредонис — продолжение древнего рода некромантов и все такое… А я ж этот… внезапно одаренный! Таким надо сидеть и не высовываться.
— Да на каком основании?! Нарушения Устава не было же?! Мухобой добро дал!
— Было нарушение субординации, — попробовал объяснить мне Чез. — Это как если бы Демо запретил, а мы бы через Демо пошли к ректору. Если все бы пошли — то нам заменили бы куратора, а если бы кто-то один — то Демо был бы вправе потребовать убрать его из команды. Неуважение к решению командира опасно в боевой обстановке.
— Но тут-то именно учеба!..
— Нет! Тут опасный ритуал с угрозой для присутствующих, множеством непредсказуемых последствий и риском для жизни некроманта. И Фредо приказали поступить так, как заведено, а он как всегда выпендрился и сделал так, как посчитал нужным. Зато доказал себе, что крут!..
Тут Чез перевел взгляд с меня на Фредониса:
— Ладно, Фон тоже некр, Ним — дракон, Мухобой себя бы в обиду не дал, а о Кси с Тимом ты помнил?! Жан прав, пора уже остепениться и начать думать не только о себе!
Фредонис молча хмуро сверлил взглядом стол, поигрывая желваками.
— Все, мужики! Выдыхаем! — несильно стукнул кулаком по столу Роджер. — Фредо и так сделал больше, чем обычно. Растет над собой! — и, коротко хохотнув, дождался нескольких скупых улыбок от парней, а потом добавил: — С Кси и Тимом нехорошо вышло, но в итоге пострадал Ринкин артефакт. Так что пусть она со своим мужем и разбирается. Одно скажу: когда мне Фредо спину прикрывает, я спокоен. А то, что он у нас любитель рискнуть и крутизну показать — так мы ж его с детства знаем, он всегда такой был. Помните, как этот придурок на вековой дуб залез, чтобы родовой герб на коре вырезать?
Парни заулыбались уже по-настоящему, даже Фредонис усмехнулся. Накалившаяся обстановка слегка разрядилась. Я расслабилась и разжала сжатые от напряжения кулаки. Погладила незаметно Фредо по колену… Получила благодарный взгляд. Посмотрела на Нима, потом снова на Фредониса… Может, они у меня и не всегда ведут себя правильно, так и я у них не подарок!..
Обняв обоих мужей, я довольно зажмурилась, потом подмигнула такому же довольному Роджеру.
— А теперь, когда все высказались, — Анаэль ловко и незаметно возвел вокруг нас купол, прямо в столовой, — давайте немного развлечемся.
Демон легонечко махнул рукой, и все тарелки со стола сдвинулись в одну кучу, а на свободном пространстве начали появляться цифры: «112 370, 118 868, 126 106, 132 837, 139 231».
— Первого, кто заметит закономерность, я поцелую.
— Это намек на то, чтобы я не лезла? — не удержавшись, подыграла я шутке.
— Наоборот, я убрал с твоей тропы конкурентов, — усмехнулся Анаэль. — Вещай, остальные будут испуганно молчать.
— А если закономерность найду я, что будешь делать? — хмыкнул Ним, но острить про «темнозадого» не стал. К счастью.
Анаэль брезгливо сморщился:
— Назначу саламандру ответственной за передачу награды достойному. Ищи, Рыжий, развивай содержимое черепа.
— Разница между датами примерно в шесть-семь тысяч лет, — спокойно произнес Чез. — Это года великих пожаров в Хитхгладэ, правильно? Целовать меня не надо, переживу!
— Да уж, ты не в моем вкусе, — недовольно буркнул Анаэль. — Но ты прав. А это, — демон снова едва заметно пошевелил пальцами, и к списку добавилась еще одно число: «2 821 388», — дата последнего буйства возгораний в деревнях и замках страны.
— Шесть тысяч девятьсот восемьдесят два года назад, — тут уже я не удержалась, влезла.
— Считаешь хорошо, анализируешь плохо, выбирать вообще не умеешь, выживаешь чудом, — усмехнувшись, Анаэль оглядел всех и поинтересовался: — И что, раньше никто не замечал цикличности в этом процессе?
— Последний раз это обсуждалось, когда мой прадед был членом Совета, — небрежно пояснил опять же Чезанно. — Даже термин такой есть — «фениксова тысяча». Это как раз про временной отрезок от шести до семи тысяч лет после предыдущего великого пожара.
— А почему «фениксова»? — заинтересовалась я.
— Феникс — это герб одного из герцогств в древности. По легенде, весь род фениксов был истреблен драконами, перед тем как их вышвырнули из этого мира, — это уже Жан вмешался. — Поэтому год пожаров называют «местью феникса».
