Поступление в Драконью Академию не могло обернуться ни чем хорошим! Мало того что проклятье моего несносного суженного стало усиливаться, так еще и занятия совершенно не дают перевести дух. Клубок интриг закручивается все сильнее, теперь я совершенно перестала понимать кого можно назвать другом, а кто лишь притворяется хорошим парнем…Хотя, сказать по правде, среди этих зубастых обольстителей хороших парней никогда не было. Скрытые мотивы Совета. Давние враги, решившие поднять голову после столетий забвения. Древняя магия, угрожающая устоям драконьего общества. Кажется я единственная в мире девушка, оказавшаяся в столь неподходящее время, в настолько не подходящем месте.
Соннеллиль
Что же, на самом деле это было враньем.
В этом году хуже могло быть буквально все, что угодно. Предугадать какие козни коварные драконы приготовили своей пленнице, было просто не возможно. Но в любом случае, сомневаюсь, что мне понравятся их затеи.
Когда я обнаружила, что буквально привязана к Гелену на время внеклассных занятий — захотелось умереть. Но нам нужно было написать эссе — вместе. Преподаватель соединил наши руки каким-то волшебным пером, которое требовало нашего согласия в выборе слов, чтобы продолжить писать.
В чем смысл экзекуции? Научиться работать в команде.
Я стиснула зубы, когда Гелен попытался написать что-то о партнерстве, которое переходит к мужчине, чтобы возглавить пару.
Когда его записи отказались ложиться на бумагу, он вздохнул и посмотрел на меня сверху вниз.
— Попробуешь сама?
— Пошел ты, — бросила я в ответ.
— Он не позволит нам уйти, пока не закончим.
— Тогда, я думаю, мы теперь живем здесь.
Это было по-детски, но я абсолютно никак не мог работать с этим монстром.
— На самом деле тебе следует винить только себя. Не нужно было жениться на первой встречной.
Дракон фыркнул.
— Мы снова возвращаемся к старому спору? У меня не было выбора, если ты забыла
— Спор не старый, — возразила я. — И пока ты не расскажешь, по чьему приказу похитил меня, все оправдания будут звучать неубедительно.
Его рука прижалась к моей, силок, связывающий нас натянулся, угрожающе загудев. Дилгит добавил еще один, обернув его вокруг наших тел заставив меня прижаться боком к ненавистному искусителю. Каждый раз, когда он дышал, я чувствовала, как магическая петля стягивает мою грудь.
С кем-нибудь другим это было бы интимно, и может быть даже приятно.
С Геленом лишь вызвало желание убивать.
Но нам было запрещено пользоваться магией и тем более разрывать путы.
В любом случае, я все еще не разобралась, как пользоваться кольцом. Наверное, разум просто отказывался принимать действительность, выбрав трусливое игнорирование проблемы, чем ее решение. Думать о превращении в мерзость было страшно, и мозг просто отбросил эти размышления, как делает это с походом к зубному, который откладываешь до последнего.
— Кто бы мог подумать, что меня оставят в качестве наказания, даже не из-за моей собственной выходки, — вздохнул Гелен.
Сегодняшнее внеклассное занятие состояло не только из эссе. В дополнение к нему Дилгит поставил перед нами три колбы, в которых находились останки существ — сердце, глаз и кисть, подозрительно напоминающая человеческую. При помощи энергии Смерти мы должны были попробовать оживить мертвую плоть или хотя бы заставить ее шевелиться.
Как и предсказывал Гелен, все задания оказались провальными.
В основном потому, что я отказывалась даже пытаться. Игры с мертвецами оказались пределом для моей психики, за который я не собиралась заходить не под каким предлогом.
— Если я еще хотя бы раз посмотрю в сторону этих банок, то буду испытывать тошноту до завтрашнего вечера, — безапелляционно заявила я, демонстративно глядя в противоположный угол.
— Тогда сосредоточься на гребанном эссе, — фыркнул Гелен, порядком уставший торчать в пустой аудитории. — А я разберусь со всем остальным.
Как не противно было это признавать, но Гелен был хорош, преуспевая во всем и колдуя с пугающей грацией. Каждое произнесенное им заклинание приводило к совершенству, его аура была овеществленным покровом безжизненного холода, наполненного инеем и перечной мятой.
— Послушай, если я пообещаю обучать тебя, ты перестанешь вести себя как сопливая девчонка? — спросил он, заметив, как я скривилась, услышав биение мертвого сердца.
Искренность в его тоне выглядела настораживающе. Но, кажется, дракону просто надоело тратить собственное время.
Обучение звучало заманчиво, за исключением того, что оскорбительный тон вновь заставили всколыхнуться яростный огонь в венах.
— Ты последний дракон во всей империи, к которому стоило бы обратиться за наставничеством!
— Я лучший чародей Небесной Тверди, — ответил Гелен усталым голосом. — Ладно, пускай, один из лучших. Отказываться от моего предложения о репетиторстве одновременно непрактично и глупо. Ты не хочешь только потому, что злишься. Отсюда и детское упрямство.
— Извините меня за то, что я немного раздражена нашим нынешним положением. Ведь это ты виноват в нем!
— Что сделано, то сделано. Нас определяет то, как мы используем прошлое, чтобы двигаться вперед, и пока ты меня не впечатляешь.
— О, что ж, тогда хорошо, что я не пытаюсь произвести на тебя впечатление, муженек, — сладко ответила я, хлопая глазами.
Его скулы напряглись — первый признак разочарования, который я когда-либо видела в нем.
— Нам нужно закончить это чертово задание, Соня. Если только ты не собираешься присоединиться ко мне в более интересных местах, таких как ванная или душ, — его взгляд опустился к верхней пуговице моей блузки. — На самом деле, это звучит как прекрасный план. Может, пойдем домой?
Я попыталась толкнуть его локтем, но не смогла.
