– Точно, – подтвердил Клим, – Этар неоднократно выговаривал герцогу, что он ведет себя недостойно, но тот уперся: мол, я так жил, пусть и они мучаются, то есть нужду познают.
– А я не знал, – промямлил Арс.
– Теперь знаешь, – равнодушно сказала Селена, разглядывая недопитое молоко.
– Что же тогда получается, – возмутился Арс, – мы для этого сквалыги воевать будем?
– Не для него, а для детей и будущих внуков, – поправил Клим Арса. – Этар, когда его о помощи попросили, условия поставил, да такие, что Некан два дня думал.
– Зная нашего славного императора, я догадываюсь, что за условия, – усмехнулась Селена.
– И вот мы идем в поход. – Клим хлопнул себя по коленке.
– Только и я здесь не задержусь, – проронила Селена.
– А тебя-то куда понесло? – спросил Клим.
– На юг, замерзла я в вашей тундре, пойду в пустыню, там жарко, солнце светит…
– Змеи ползают, – в тон Селене вклинился Арс, – ящерицы бегают, тебя там и не заметят.
– Зато комаров и мошкары нет, – добавила Селена.
– Но есть бандиты-убийцы, караванщики-работорговцы, воры-грабители, царьки-повелители, мистики-шарлатаны и не шарлатаны, наемники-отъемники и всякая шелупень, – перечисляя, Клим тщательно загибал пальцы и подвел своеобразный итог: – Так что скучно тебе не будет.
– Вы на войну, я на приключения, – усмехнулась Селена.
– Пойдешь одна?
– Нет, с кобылой. Я, что ли, вещи потащу? Делать мне больше нечего, – фыркнула девушка.
– Тебе хорошо, – проворчал Клим, тяжело вздыхая, – идешь искать приключения.
– Тебе-то кто мешал? – возмутилась девушка.
– Да никто, тут ты права, – согласился он.
– Все люди с рождения свободны, имеют право выбора.
– Это не твои слова и мысли, – перебил сестру Клим. – Начиталась всякой дребедени.
– Сам такой, – парировала Селена невпопад и направилась к себе.
– Ты куда-то собираешься?
– Переоденусь и схожу к Мумиту, проведаю старика. Интересно, как он там со своими контрабандистами управляется? Может, что интересное привезли.
– Я с тобой, – поднялся из-за стола Клим.
– Меня возьмете? – попросился Арс.
– Куда же тебя девать, адъютант ты мой недоученный, – похлопал его по плечу Клим.
– Это почему еще «недоученный»? – спросил Арс, но вяло так, для поддержания разговора.
Селена на это фыркнула, словно кошка, и ушла к себе: ей участвовать в перепалке парней совершенно не хотелось, не один раз она все это слышала…
Сложно за всем уследить, это как в поговорке: «За двумя зайцами погонишься…», вот и я не успеваю отслеживать перипетии брата и сестры. Разбрелись они в разные стороны: Клим на войнушку ускакал вместе с Арсом, а Селена на юг топает, песков, что ли, не видела? Попросила бы меня – я ей столько песка показал бы! Есть одна планета – сплошные пески, ничего не растет, только ветер барханы гоняет, словно море плещется. А есть планета, где вообще одно сплошное море, но заселенная разумными существами, хотя, что считать разумом – это еще вопрос. Вот где волны так волны! Будь там хоть клочок суши, цунами смывало бы все с него по пять раз в день, если не чаще. Но я отвлекся. Речь не о моих похождениях во Вселенной, а о Климе и Селене…
Летом хорошо путешествовать: птицы поют, солнышко светит, трава под ногами стелется, зверушки всякие бегают, потомству корм ищут, птицы щебечут, порхают с ветки на ветку. Ночью желтая, как сыр, луна сияет над головой. Если и дует ветер, то теплый, не выхолаживает тело, да и ветров таких, как в тундре, тут не знают. Хорошо идти, радостно.
Селена не знала устали, лошадь покорно трусила за ней, тащила поклажу. Остановки делали короткие, только чтобы перекусить и дальше в путь-дорогу, по тропинкам и по трактам, выбирая места, где людей поменьше, а свежего, незапыленного воздуха побольше. Так и получалось; что девушка почти все время оставалась в одиночестве. Легко было на душе у Селены, ни забот, ни переживаний, только дорога, лес, свобода. Глухомань вокруг – ни жилья, ни людей, но не совсем: всякое по миру бродит и, что вполне естественно, на одинокого путника, тем более девушку, всегда найдется кто-нибудь жадный до чужого добра и тела.
– Стой! – этого окрика Селена ожидала давно, а пять минут назад убедилась, что он прозвучит обязательно.
– Стою, – усмехнулась она. – Дальше что?
– Дальше сама увидишь, – ответил мужик, такой волосатый, весь заросший, да настолько, что и лица не видно, одни глаза сверкают.
Это чудовище выбралось из кустарника и вразвалочку направилось к ней, помахивая сучковатой дубиной.
– А если я не желаю смотреть? – Селена неторопливо вынула меч из ножен, притороченных к лошадиному боку.
– Вот ты как? – сказал другой мужик, точная копия первого, выбираясь из тех же кустов.
– Она у нас боевая, – пошутил третий хмырь – иначе эта отродье и не назвать, он показался из-за дерева с другой стороны тропинки.
– Жаль такое тело портить, – произнес четвертый, выходя на тропинку, и посоветовал: – Ты, девка, железку-то брось не поможет она тебе, а так жива останешься.
– Если выживешь, – захохотал еще один тип, заходя Селене за спину.
– Может, и выживет, здоровая, – проворчал первый бородач, подбрасывая дубину, словно тросточку.
