Запечатываю письмо и отправляюсь искать Веньку, чтобы он отослал его с надежным человеком. Помело успел подготовить наш графский указ и первым делом подсовывает его мне. Я размашисто подписываю не читая, полностью доверяя управляющему, он никогда еще не подводил нас.
– Малая дружина выйдет завтра с рассветом. – Венька помахивает указом, чтобы быстрее высохли чернила.
– Хорошо, – киваю я и протягиваю ему письмо. – Это для Мумита, отправь кого-нибудь шустрого в столицу.
– Не беспокойся, доставим.
– Я буду у себя.
– На завтра планы не меняются?
– Нет, шахты проверить надо обязательно.
– Как скажешь, Дин.
В своем кабинете, спальне, иногда столовой я сажусь за новое письмо. Надо Климу все рассказать, а то он со своей войной совсем родной Север позабудет.
Но спокойно тратить чернила и бумагу не получилось. Посреди комнаты возникает призрак голого мужика и заговаривает со мной.
Не то чтобы я каждый день общался с привидениями, – вообще никогда не встречал, но морок и сам создавать умею, – просто голых призраков даже вообразить себе не мог. Поэтому секунд пять я пялюсь на прозрачного мужика и хлопаю глазами, ни одна здравая мысль в голову не лезет.
– Динлорд! Вы слышите меня? – возмущается призрак, когда я не отвечаю.
– Простите, я несколько растерялся. Так что вы хотите сказать?
– Ваша сестра в опасности!
– Селена? – задаю я очень умный вопрос.
– Боже! – выкрикивает привидение. – Конечно, она! Других родных сестер у вас ведь нет!
– Что с Селеной, – уже по-деловому спрашиваю я, готовый броситься на помощь сестре.
– Змеи!
Я сразу успокаиваюсь.
– Что змеи? – спрашиваю я равнодушно. – Покусали?
– Еще не должны, но вот-вот доползут.
Опять змеи, зачастили они к нам в гости: то Джеремиса травят ядом змеи, а теперь со Страшилкой что-то затевают.
– Много?
– Полсотни, не меньше!
– Страшно ядовитые?
– Хватит задавать глупые вопросы! – наконец не выдерживает призрак. – Ее предупредить надо, чтобы уходила!
Ну нет, так просто голое привидение от меня не отделается, я его до белого каления доведу.
– И где я Страшилку искать должен?
– В степи.
– Главное, адрес очень точный, – иронизирую я. – Вышел в степь и сразу Селену встретил. Она только и ждет, чтобы снова меня турнуть. Нет уж, увольте.
– Да как же это, ведь убьют! – вопит призрак, словно это его собираются лишить жизни.
– А вы, собственно, кто?
– Я Легкая Рука.
– Очень приятно, я Динлорд, – кланяюсь я почти по-придворному, беру сигару и закуриваю.
– Так вы намерены предупредить Селену?
Я медленно выпускаю в него струю дыма и вспоминаю.
Это было в далеком розовом детстве. Родители в воспитательных целях отправили нас на сельскохозяйственные работы, точнее к деду на все лето. Дедушка Клим – вождь клана охотников, он так обрадовался приезду внуков, что позволял нам делать все, что заблагорассудится, отправив побоку пожелания мамы и папы нагружать неразумных детей работой. В то лето огород мы так и не видели, грядки не копали, морковку не пропалывали, сено не косили, а бегали по лесам и горам, наделали себе луков и копий, играли в первопроходцев, охотников, следопытов – развлекались в общем, да еще дядю и тетю с пути истинного сбивали, звали с собой. Дядя Маркел на год нас младше, а тетя Сусси на полгода старше – соблазнить их на мелкую пакость ничего не стоило, и мы впятером смывались из поселка охотников искать приключения. С нами бегал лохматый белый пес по кличке Снежок, очень умный, верный, с таким зверем заблудиться было невозможно, и мы забирались в совершенно непроходимые дебри, такие, что и вспомнить страшно!
И вот однажды наша лихая компания в сопровождении Снежка оказалась на болоте. Мшистое болото – это что-то! Дед рассказывал, что там упырей колдун выводил, его еще мама прикончила, а кровососов дядя Рем уничтожил, только это давно было, до нашего рождения.
Таинственно поблескивала вода в заводях, зеленые кочки торчали, словно водяные чудовища высунули спины погреть на солнышке, а чахлые березы и сосны такие кривые, что казались нам заколдованными людьми и гномами.
Внезапно Снежок навострил уши и зарычал, мы остановились, но ничего разглядеть не смогли, и тут на нас выползла болотная гадюка, здоровенная, метра три длиной и в руку взрослого человека толщиной! Она могла в любую минуту кинуться, зло шипела и высовывала раздвоенный язык.
Я застыл в ужасе, Клим мгновенно взлетел на иву, как только на ней удержался! Маркел и Сусси с дикими воплями кинулись прочь. Снежок медленно попятился, скаля клыки и тихо рыча. Одна Селена с любопытством наклонилась к змее.
Змея дернулась, словно собиралась броситься на сестру и, ужалить. Страшилка же без тени страха села на землю, протянула руку – и гадюка подползла к ней, стала ластиться словно кошка домашняя, а Селена ее гладит и приговаривает, что мы мимо идем, гуляем, ее не трогаем, и нечего на нас злиться. А потом вообще взгромоздила это чудовище себе на плечи, разве что не целуются!
