– Помогите ему, Самар, – приказала Эльхана, поднимая свой кинжал. Она проводила сына гордым и любящим взглядом. Он определенно изменился; впрочем, подобные испытания изменили бы любого. Материнское сердце тревожилось от такой перемены. Ее любимый сын стал мужчиной, и она его не узнавала.
Сильванеш чувствовал, как прибывают его силы. Цепи казались ему невесомыми, кандалы – легкой осенней паутиной. Он прибавил шагу и, оступаясь, но без посторонней помощи устремился вперед. Эльфы шагали рядом, охраняя короля.
Отряд эльфов и освобожденный ими пленник удалились на почтительное расстояние от столицы. Дым от пожаров перестал чувствоваться. Они повернули на восток и, следуя указаниям Ролана, подошли к реке, где были приготовлены лодки, чтобы увезти короля в лагерь Эльханы. У реки воины немного отдохнули, не разводя костра и не позволяя себе спать. Река тосковала вместе с ней, и наконец Эльхане стало казаться, что она разбирает слова, которые напевает ей река.
Сильванеш изнемог, все мускулы у него ныли, из запястий сочилась кровь. Лишь после бесчисленных падений, вняв уговорам матери, он принял помощь эльфийских солдат. Ни одного слова жалобы не сорвалось с его уст. С мрачной усмешкой встретил он одобрительный взгляд Самара.
Оказавшись в относительной безопасности, эльфы попытались разбить его оковы топорами. Летели в воздух искры, но оковы не поддавались. Затупив топоры, эльфы вынуждены были оставить бесполезное занятие. Без ключа им было не разомкнуть наручников и кандалов. Эльхана надеялась, что в лагере кузнец сумеет выковать нужный ключ и ее сын будет наконец освобожден.
– А до лагеря мы будем добираться в лодках. Так что теперь тебе, мальчик мой, станет легче, – утешала она сына.
Сильванеш равнодушно пожал плечами. И боль и неудобство он переносил с поистине стоическим терпением. Звеня цепями при каждом движении, он улегся на землю и укрылся одеялом.
Эльхана села рядом с сыном. Ночь была тихой, все живое в округе притаилось. Только река немолчно журчала в своем грустном течении, как бы рассказывая об ужасах, которые видела в Сильваносте.
– Ты очень устал, – шептала сыну Эльхана, – тебе надо поспать. Но мне все-таки хотелось бы сказать кое о чем. Выпавшие тебе на долю испытания лишили бы самообладания даже самых сильных и зрелых. А ты всего лишь юноша, и я боюсь, как бы чувство к этой женщине не сломило тебя. Ее трюки, конечно, могут произвести впечатление, но ты не должен позволять дурачить себя. Я не сомневаюсь, что она колдунья и ведьма.
Эльхана помолчала, давая сыну возможность возразить. Но молодой человек хранил молчание. Его глаза были широко раскрыты и смотрели в пустоту ночного неба. Звездный свет отражался в них.
– Я знаю, что ты горюешь из-за случившегося в Сильваносте, – продолжала Эльхана, обеспокоенная тем, что сын не отозвался. – И я обещаю тебе, как пообещала Ролану, что мы непременно вернемся в наш город, как только наберем достаточно сил, чтобы рассеять легионы Рыцарей Тьмы. Ты вернешься королем своего народа. Это мое самое заветное желание. А твои сила и храбрость убедили меня, что ты достоин народного доверия и готов принять на себя самую серьезную ответственность.
Бледная улыбка чуть тронула губы Сильванеша.
– Мама, выходит, что ты только сегодня сочла меня достойным великого наследия предков?
– Сильванеш, тебе не нужно было доказывать это мне, – попыталась исправить обмолвку Эльхана. – Я другое хотела сказать. Я горжусь тобой. И думаю, что ужасные события, которые ты пережил, помогли тебе обрести себя. Ты вырос и одержал победу там, где мы все потерпели поражение.
– Спасибо, мама, я рад, что заслужил твое одобрение, – ответил Сильванеш.
Лицо его в эти минуты было исполнено безмятежного покоя. Он напряженно смотрел в ночное небо, словно пытался сосчитать все звезды на темном небосводе.
– Отец рассказывал мне одну историю, – неожиданно промолвил Сильванеш, когда Эльхана уже собиралась уходить. Он повернулся на бок, и звон цепей отдался тихим плачем в тишине ночи. – Историю о женщине из человеческого рода, я сейчас не помню ее имени. Она пришла в Квалинести, когда опасность и несчастья грозили эльфам этой страны, и принесла голубой хрустальный жезл. Она объяснила эльфам, что жезл послан им Богами. Ты помнишь эту историю, мама?
– Конечно, сынок. Ту женщину звали Золотая Луна, и вся эта история – чистая правда.
– Скажи, пожалуйста, а эльфы поверили ей, когда она сказала, что несет в своих руках дар Богов?
– Нет, – протянула Эльхана.
– Ее, кажется, называли колдуньей и ведьмой? И так думал мой отец. Но ее дар был послан Богами, правда же?
– Не совсем так, сынок… – начала было Эльхана, но юноша перебил ее.
– Я устал, мама. – Сильванеш натянул одеяло на голову и перекатился на другой бок. – Да будет благословен твой отдых, – добавил он.
– Спи спокойно, мой сын. – Мать наклонилась и поцеловала его в щеку. – Мы продолжим наш разговор завтра утром, но пока я хочу только напомнить тебе, что в эту самую минуту Рыцари Тьмы именем так называемого Единого Бога разрушают нашу несчастную столицу.
