— А как же отбивался? — Гарт заинтересованно, словно видел впервые, посмотрел на Нейла.
— Так чего ж тут сложного? — Нейл вытянул руку, и на пустой ладони словно по волшебству появился самодельный нож из заточенного куска металла и обмотанный на рукояти проволокой. — Как полезли, я одному кишки выпустил наружу, а еще одному башку пробил. Они как поняли, что я их просто убивать буду, так почти сразу и отстали. Крысы же страсть как умирать не любят.
— А ты?
— А я уже давно труп… Если бы не Мита, давно бы уж пошел поплавать с акулами в заливе.
— Разреши, — Гарт протянул руку, и Нейл без колебаний подал нож рукоятью вперед.
Заточенное до бритвенной остроты лезвие сантиметров в двадцать переходило в рукоять, где плотно, виток к витку была намотана стальная проволока. Несмотря на явно кустарное изготовление, нож выглядел аккуратно и был хорошо сбалансирован.
— Долго делал?
— Неделю где-то, — Нейл убрал нож в ножны.
— А чем жил?
Одиночка пожал плечами.
— Выходил ночью, пока акулы спят, и бил рыбу острогой. Там полоска вокруг берега. Метров пять шириной. Если быстро выскочить ночью и не заходить дальше, то можно успеть набить рыбы, пока акулы не всполошатся.
— Тогда так, — Гарт помолчал. — Что у тебя с твоей девочкой? Ходить может?
— Нет, — Нейл покачал головой. — Акула пропорола ей ногу три дня назад. Еле отбились. Хорошо, хоть зверюга совсем маленькая была, иначе хана. А сейчас воспаление началось…
— Росс! — Гарт обернулся в сторону приятеля. — Бери машину, и езжайте к нему домой. Забирайте все, что нужно, и сюда. Подругу его сразу к сестре в лазарет, а Нейла на совещание. Ну, ты в курсе.
Предупредив Арну о том, что у нее в лазарете будет новая пациентка, Гарт, за неимением транспорта, пешком прогулялся до базы, где под одобрительным взглядом вывалил на стол начальника почти два килограмма золотых украшений. Договорились на открытый кредит в магазине и дополнительные поставки витаминизированного продовольствия.
Услышав про витаминные добавки, майор задумчиво шевельнул бровью, но ничего не сказал, а лишь сделал пометку в планшете.
От майора Гарт зашел к доку и попросил парочку одноразовых скальпелей.
— Хочешь попробовать вырезать биочип? — хмуро спросил доктор. — А почему меня не попросил?
— Потому, что это значит подставить вас. Пусть и без гарантии, но кроме вас нами заниматься совсем некому. Так что я предпочту рискнуть.
— Ладно. Раз уж вас так припекло… — доктор на секунду задумался. — Как будешь останавливать кровь?
— Так поверхностный разрез же? Сделаю тарваин подкожно и пока будет рассасываться достану эту чертову пилюлю.
— А откуда у тебя тарваин?
— Аптечку из штурмовика дернул, — улыбнулся Гарт. — Там даже агатон есть.
— Молодец, — док удивленно покачал головой. — Как успел только…
— Я же сын десантника, док. У меня ощущение, что вся моя жизнь прошла бодрой рысью.
— Держи тогда, — док бросил на стол упаковку с одноразовыми лезвиями для скальпеля и ручку-зажим. — Вообще, резал когда-нибудь?
— У отца вырезал осколок кости на охоте. Потом как-то у приятеля доставал обломок ножа из руки.
— Вот тебе еще зажим и пинцет, чтобы в ране руками не ковыряться, и кассин в таблетках. Как пользоваться, знаешь?
— Две таблетки на литр воды, — бодро отбарабанил по памяти Гарт, — применять для поверхностного обеззараживания ран и обработки рук перед операцией.
— Хорошо, — док кивнул. — Если вдруг не угробишь пациента, я сильно буду удивлен. Хотя, вам по-любому крышка.
— Док, а расскажите об этой чуме, — попросил Гарт. — А то я никак картинку не сложу. Ерунда выходит какая-то.
— О чуме, говоришь? — док вытащил пробку из литровой посудины и тренированным движением налил в мензурку сто грамм прозрачной словно стекло жидкости. Затем долго смотрел на мензурку и точно так же, как наливал, недрогнувшей рукой выплеснул спирт в раковину.
— Я тогда служил в четвертом полку третьей бригады…
— «Черепа»?
— Они самые, — доктор кивнул. — Были у системы одни из первых. Тогда поступил приказ сбивать все, что летело от планеты, без предупреждения. Давал седар стрелкам непрерывно. Они, знаешь, на второй день хохотали словно психи. Хотя… На вторые-то сутки под такой наркотой… Нажимали на гашетки и смеялись до икоты. Ты думаешь, откуда здесь столько кораблей? На Хиссаме, это остров, где сейчас взрослая тюрьма, этих жестянок втрое, если не вчетверо. Основное количество, конечно, даже не взлетело. Потом пришли корабли Санитарной Службы и затерли все под ноль.
— А чума?
— А что чума? — доктор вздохнул. — Говорят, когда до императора дошли кадры того, что здесь творилось, он был в таком ужасе, что приказал, чтобы ни один живой организм не мог покинуть планету. После прохода Санитаров здесь ничего не осталось. Все. Живые, мертвые, здоровые и больные, все в серую пыль. Вернее, сначала в лужу грязи, а потом уже в пыль.
— Так это после Санитаров все поумирали?
