«Кто бы мог подумать, что бывший Пожиратель-зек и заслуженный герой-мракоборец на пару натянут министра Магии» (с) Драко Малфой
Бархатный красный ковер в коридоре Министерства поглощал звук шагов. И все же она старалась ступать как можно тише, чтобы не разбудить недремлющее зло.
Демонстранты донимали ее с утра до ночи, требуя выкурить из стен цитадели светлой магии «проклятых гадов» – бывших Пожирателей смерти. «Ту скверну, что отравляет и разъедает чистую волшебную силу».
— Я ждал вас, Ваше святейшество.
А вот и один из гадов.
Он прислонился к выбеленной стене у двери ее кабинета, скрестив на груди руки и сверкая фирменной ухмылкой. Черт знает зачем, ее этаж выкрасили в слепяще-снежный цвет, который резал глаза и дико раздражал. Особенно, на контрасте с ярко-алой ковровой дорожкой в честь пролитой на войне смешанной крови.
— Чего тебе, Малфой?
Самодовольный ублюдок.
— Что ж ты так не приветлива, мадам Министр! Неужто не рада бывшему зеку?
Ехидная улыбка Драко стала еще шире при виде ее суженных глаз. Он небрежно поправил кремовую рубашку, так некстати расстегнутую на шее до самой груди.
Что за наглость!
Она прошлась жадными глазами по его черным брюкам, плотно сидящим на длинных жилистых ногах.
Взгляд невольно зацепился за ширинку.
— Уже поздно, — машинально проговорила Гермиона.
— Для меня никогда не поздно. Я ведь всегда прихожу вовремя, Грейнджер.
Он облизал губы. Она сглотнула.
— Уизли.
Отрезала она резко.
— Ты не особо-то счастлива этому факту, как я вижу.
Драко медленно направился в ее сторону, и глупое девичье сердце ухнуло в бездну.
Он прижал ее к холодной стене горячим телом, создав такой диссонанс, что внутри нее что-то оборвалось.
Нить, держащая демонов на привязи.
Его руки схватили ее запястья, пригвоздив их к твердой поверхности. Пышущий жаром торс накрыл ее тело, вдавив в стену.
Тиски.
В глубине естества что-то резко екнуло. Ее звериная сущность мгновенно проснулась при первом же его выдохе в открытую для поражения тонкую шею.
Глубокий вырез черного магловского платья, черт бы его побрал. Этот модный футляр.
Она безоружна перед хищником.
Судорожный вздох.
И его обжигающие губы накрыли ее рот, который она распахнула от удивления. Когда ощутила жесткое колено между ног.
Требование о немедленной капитуляции.
Мириады колких мурашек по оголенным бедрам, лишившимся едва ли надежной защиты. Он дернул подол вверх. Лишил ее последнего укрытия. Последней надежды сохранить разум.
И она сдалась…
— Только не здесь, Драко, — почти прорычала с придыханием, чувствуя тепло его ладони на лобке поверх трусиков. — Умоляю, не в коридоре.
— Ты так трясешься за свою сраную репутацию. Трусиха.
Злобная усмешка ударила наотмашь.
— Мистер Малфой, вы превышаете полномочия, — зашипела она с обидой.
— Заткнись, Грейнджер. Я буду делать с тобой, что захочу.
Его язык снова ворвался в ее скривившийся рот, а руки нарочито грубо блуждали по телу.
В доказательство его власти над ней.
Право обладания. Она его подтвердила, размякнув в жарких мужских объятиях.
Он резко втолкнул ее в кабинет, заперев дверь магией и кинув на нее заглушку.
Конспирация. Их негласное правило номер один.
— Я буду трахать министра на министерском столе, — заявил он вальяжно, подталкивая ее к широкой столешнице из темного дуба.
Панорамные окна в пол давали приглушенный свет. Закат шел на убыль. Министерство опустело, и только охрана в атриуме дежурила круглосуточно.
Драко закинул Гермиону на стол и по-хозяйски встал между ее раскинутых ног.
Ее сердце трепетало в желании закричать от восторга. Она вцепилась в его широкие плечи.
Блядский Боже, какой мужчина! Ради такого я готова гореть в аду.
Он махом сорвал с нее платье и белье. Гермиона не заметила, как их обнаженные тела слились воедино.
Драко вошел в нее резко. По-варварски. Сочно. Влажно. И с громким хлюпающим звуком, ибо для него она всегда была готовой.
Настолько мокрой, что удивлялась чудесам своей физиологии.
С Роном такого не было. Ни разу.
Стыдно вспоминать их супружеские терки всухую раз в месяц. От этого хотелось застрелиться.
Гнусная пытка.
Драко толкался все глубже и глубже, выбивая из ее откинутой назад головы все гребаные мысли и проблемы.
Ее ноги на его плечах приятно немели и начинали подрагивать от напряжения.
Лоно сочилось смазкой. И он интенсивно втирал ее в клитор ловкими пальцами, доводя любовницу до исступления.
Гермиона надрывно стонала, не помня себя и ловя ртом воздух. Бесполезно. Горло пересохло от криков.
Она обожала терять контроль под ним. Ради этого стоило жить. Терпеть нудную работу и осточертевшего мужа, чтобы вечерами отдаваться бывшему врагу. И попадать в рай для грешников хотя бы на доли секунды.
Драко беспощадно вбивался в ее глубины, ускоряя темп. Словно единственной его целью было проткнуть ее насквозь.
Он насадил ее на себя до основания, и она содрогнулась. Издала протяжный вой и запульсировала на его крепком члене. Выгнулась дугой в экстазе. Всхлипнула еще раз и затихла.
— Вот так-то лучше. Со мной ты никакая не начальница, поняла? — рыкнул он, дергая в ней членом. — Не слышу!
— Да, Драко, я поняла, — прохрипела она севшим голосом.
Он вытащил из нее длинный влажный пенис, передернул пару раз рукой и окропил теплой спермой плоский живот Гермионы.
