Анюта училась в младших классах и ей просто необходима была мамина помощь. Вот только мама всё чаще задерживалась на работе, а когда возвращалась, от неё разило алкоголем и табачным дымом.
Спокойная жизнь для Анюты закончилась. Девочка пожаловалась бабушке. Та провела в свою очередь воспитательную беседу с дочерью. Случилось затишье на неделю. А после всё пошло по кругу. Постепенно из дома пропали ценные вещи, золотые украшения, а уж дальше стали и мебель выносить. С работы мать давно уволили. Для неё наступила полная свобода. Пьяница начала приводить в квартиру разных бродяг и бомжей, в общем, всех кто наливал стакан спиртного. Не мытая, не чесаная, зловонная женщина устраивала бордель прямо на глазах у дочери и звала её присоединяться к оргиям. Когда Анюта плевала в их сторону, мать громко смеялась.
Девочка наивно надеялась, что, быть может, родительница одумается и поймёт свои ошибки, но зря. Ни слёзы, ни умоляющие речи дочки, не трогали опустившееся существо. Бабушка звала Анечку к себе, но девочка боялась за квартиру. А если быть до конца честной, то и за саму мать. Дочка переживала, что той станет плохо, а её рядом не будет, и никто не спасёт непутёвую женщину, не поможет. И девочка продолжала жить в этом хаосе.
Из задумчивости девочка вынырнула, услышав голос бабушки.
– Анют, я тебе тут булочки положила и баночку персикового компота, твоего любимого. Утром перед школой покушай.
– Хорошо, бабуль.
Аня натянула шапку перед зеркалом, у которого так некстати задумалась, отошла в сторону и надела пуховик. Потом забрала пакет из рук бабушки и чмокнула её в щёчку.
– Побегу, бабуль, а то уже совсем темно.
– Ох, Анюта, я волнуюсь. Оставайся у меня, а? Что-то на душе не спокойно. Оставайся. Смотри, уже почти восемь часов.
– Нет, бабуль, побегу домой. У меня и учебники все там, а завтра же экзамен. Обещаю, сдам зачёты, пойду на каникулы и перееду к тебе. Вместе Новый год встретим.
– Ох, детка моя, непослушная, я же так переживаю, – удрученно покачала головой пожилая женщина.
– Не бойся, бабуль, я сильная. Всё будет хорошо, – улыбаясь, подмигнула девчонка.
– Дай-то Бог. Как доберёшься, позвони, – попросила бабушка, осеняя крестом внучку.
Аня открыла дверь и выпорхнула на лестничную площадку, обернулась, помахала бабушке рукой и побежала вниз по лестнице. Выйдя на улицу, девчонка обрадовалась, что метель стихла. Под ногами от света уличных фонарей искрился пушистый невесомый снежок. В воздухе вокруг прохожих лениво кружились несколько крупных снежинок. Аня глубже вдохнула свежего морозного воздуха и уныло побрела по заснеженному тротуару. Шла она медленно, заглядывая в нарядно украшенные к празднику витрины. Всё вокруг было так нарядно, сказочно. По щекам девочки текли слёзы. Она упрямо смахнула их рукой и пошла дальше, туда, где её не ждут, уже не любят и не пожалеют. Там уже давно не пахнет вкусными ароматными щами и аппетитными котлетками, а воняет грязным потным бельём и рвотными массами.
Медленными шагами Аня добрела до дома за час, и не спеша поднялась до квартиры. Дверь, как всегда, была не заперта, и уже из коридора слышались мужские голоса. Аня проскользнула мимо кухни, где сидели три молодых парня, со спины довольно приличной наружности, и заглянула к матери в спальню. Та валялась на полу в неприличной позе совершенно голая, и, пребывая в пьяном угаре, громко храпела.
Аня вздохнула, развернулась и пошла к себе. Открыв учебник и конспекты, девочка пыталась выполнить домашнее задание, но мужской смех и разговоры мешали сосредоточиться. Тогда она отложила уроки и легла в кровать прямо в одежде. Так она спала уже много ночей. Укрывшись с головой одеялом, Аня попыталась уснуть. Тоже бесполезно. Девочка встала, и, выйдя из комнаты, ворвалась в кухню.
– Так, дорогие мои, вы не засиделись в гостях? – спросила девочка. Она грозно скрестила руки на груди и отставила одну ножку в сторону, нервно ей притопывая.
– Опаньки, какая к нам пожаловала цыпочка, – произнёс один из гостей и заулыбался во весь рот. Он сидел на шаткой табуретке и ковырялся спичкой в зубах, пытаясь достать кусочек воблы, которую совсем недавно с таким аппетитом мусолил тонкими разбитыми губами.
На столе стояли четыре бутылки водки, одна бутылка вина, а также валялись пачки с сигаретами и заветренные бутерброды с колбасой.
– Малышка, присоединяйся, – позвал второй, который курил сигарету и выпускал аккуратные колечки дыма вверх.
Этот мужчина был гораздо крупнее своих приятелей. Коротко стриженые волосы не скрывали неровный в шрамах череп. А рука, державшая сигарету, была полностью разрисована татуировками.
– Ага, составь нам компанию, – подытожил третий и громко икнул. После чего почесал себя между ног и улыбнулся.
– Нет. Я не только не присоединюсь, но ещё и полицию вызову сейчас, для разгулявшихся гостей, – не показывая страха, произнесла девчонка.
– Ты чего, коза? – вскочил на ноги первый, – Мы к тебе по-хорошему, со всей душой. А ты?
– И я прошу вас уйти по-хорошему, – произнесла Аня. – У меня завтра экзамен в школе, и я хотела бы позаниматься.
