– Подзабыли, конечно, и Чингиза Айтматова, и Искандера, и Амираджиби, и Трифонова… Незабвенными они кажутся только литературным динозаврам типа меня. Зря «могильщик» русской литературы тут на «Снобе» всех их списал в макулатуру. Их можно и сегодня перечитывать. Интересно, а кто-то из них был в школьной программе 10-летки в вашем поколении? Не помните?
– Из перечисленных вами в моей школьной программе, думаю, никто. Но вот только Искандера, все-таки, с Чингизом Айтматовым в один ряд не надо ставить. «Нэнавидит!»
– А Деррида, Сартр в вашу школьную программу не были включены? А Бодрийяра вам приходилось читать? И какое влияние он оказал на ваше мировоззрение?
– Сартра читала во взрослом возрасте. У него есть пьеса о Фрейде. У меня был сезон, когда я читала и смотрела запоем абсолютно все, обыгрывающее историю психологии – меня интересовала жизнь «отцов основателей» намного больше, чем их труды. Но труды читала – учеба обязывала. А вот первоисточников я за пределами признанных психологов не читала – передозировка случилась. Теоретиков лингвистики не читала, кроме Чомского. Он забавен, откровенно юмористичен. Все остальные читаются как учебник – у меня на это стойкий сонный рефлекс. Ну, а Бодрийяра чего читать – о нём в какой-то период все беспрестанно говорили. Так что в смысле структуры почти всё понятно, что хотел сказать. Он постмодернизму то, что Маркс – марксизму. А поскольку я во всем в этом живу, то да, любопытно наблюдать, как человек смоделировал мою реальность (еще интереснее наблюдать, как он смоделировал, а все возбудились – вот на «Снобе» был период невероятного возбуждения об Бодрияйра – все друг друга ругали образованцами из симулякров. В чем-то, мне кажется, можно согласиться, в чем-то отдает обиженным цинизмом (особенно, если с точки зрения Фрейда рассматривать). Если найдутся такие, кто возбудился от моей крамольной самодостаточности, для них повторно отмечаю, что все вы здесь намного умнее, серьезнее и образованнее меня. И я коленопреклоненно горжусь тем, что мне выпало счастье находиться с вами в одном обществе.
– Мне в самом деле, интересно, как эти имена врывались в жизнь вашего поколения. Вне всякой зависимости от того, возбудится или нет кто-то…
– Ну, я лично нерепрезентативна в смысле «как врывалось в поколение». Подпольной литературой у меня были завернутый в белый лист, с оторванной обложкой «Сандро из Чегема»; и «Мастер и Маргарита», вырезанный из «Нового мира» с впечатанными на отдельных листах вырезанными из журнальной версии сокращениями. Хармс, когда его ещё не издавали.
– Искандер пришёл и читал из «Сандро из Чегема»…
– Нет, не убедили вы меня. Мне всё равно Гитлер тоже очень не нравится…..вопреки всем его задаткам и эрудиции. Конечно, трагедия Европы прошлого столетия бросает свет на само имя Гитлера… Но то, что он не был ничтожеством, не должно мешать нам разбираться в обстоятельствах, в которых действовал этот лидер национал-социализма. Хотя бы потому, что эпоха национал-социализма, похоже, не кончилась….
– Понимаю, что я не в тренде, но сказанное вами в вашем эссе и по форме, и по содержанию великолепно. Искренне завидую, без всякого стеба.
– Спасибо. Только мне сегодня надо попробовать убедить оппонента, что называть подлецом раввина за идеи, которыми он делится, не следует. Завидую вам с такой
– Учиться. Учиться. И ещё раз учиться. «Трамвайный тон» возьму на вооружение.
– Впал в ступор – не могу вспомнить уже, чья это цитата: учиться, учиться и учиться?
– Ленинская. Думала не заметите, не взяла в кавычки, небрежно добавила от себя «и ещё раз учиться». Уже стыдно…
– Да не стыдитесь, пожалуйста. Это я в ужасе, что ленинское наследие растерял.
– Возможно, и Нерон сделал что-то полезное для Рима… а потом, всё-таки, сжёг его. Мне интересно видеть такие светлые проблески, делающие из плоских силуэтов объёмные злодейские фигуры. Я уважительно поддерживаю автора, как поддержал бы и Тацита, если бы он мог меня услышать.
– Слышит, слышит вас Тацит, и лучше слышит вас, чем мои оппоненты…меня. А за уважительную поддержку нас с Тацитом спасибо.
– А почему вы думаете, что ваши оппоненты вас не слышат? Слышим. Ну правы вы, кто спорит. Надо бы, наверное, держаться, и говорить всегда уважительно и весомо… Хотя, есть и другое мнение: что говорить нужно так, чтобы тебя понимали. Т. е., на том языке, который близок и понятен оппоненту – как правило, это именно тот самый язык, которым оппонент пользуется сам. Буквально напрашивается на предложения почитать что-то альтернативное советским учебникам конца 70-х – начала 80-х годов. Альтернатива же таким предложениям – обходить темы уважаемого раввина стороной, так как раз за разом в ответ на подобное выкладывать факты и просить автора делать так же – верный способ обречь себя на бессонницу, преждевременное облысение, потерю аппетита и безвременную смерть…
