83(174). Что же ты, божественный Софокл, медлишь принять дары Мельпомены? Что смотришь в землю? Что касается меня, то я не знаю, занят ли ты своими мыслями или охвачен вдохновеньем, снизошедшим от богини? Но будь отважен, о друг мой, и принимай дарованное; ты ведь знаешь, что "не презренны дары богов", как сказал один из посвященных в таинства Каллиопы. Ты ведь видишь, как пролетают над тобой пчелы и жужжат что-то сладостное и божественное, совершая безмолвные возлияния своими каплями; из-за этого твое творчество будет цвести все пышнее... В самом деле, наверняка кто-нибудь воскликнет о тебе: "Улей благосклонных Муз!" и пояснит, что он боится, как бы, повинуясь приказу, не вылетела незаметно из уст твоих пчела и не вонзила жало в позабывшего осторожность. И я думаю, что вот этот самый Асклепий, стоящий рядом с тобой и побуждающий написать пеан, не сочтет недостойным услышать от тебя: "О славный искусством!" Его взор, приветливо на тебя устремленный, намекает на близкую между вами дружбу.[637]
84(108а). Хор соловьев и песни других птиц отчетливо приводят на память слова сладкоречивого Софокла, сказавшего: "Рокот соловьиный повсюду льется в зелени ветвей".[638]
85(73а). А пели они песню, подобную пеану Софокла, который в Афинах поют Асклепию.[639]
86(106d). Ведь если Аполлон сказал, что из всех мужей мудрейший — Сократ, то этим он снизил в пользу Сократа свою похвалу Еврипиду и Софоклу, которая состояла в том, что Софокл мудр, но Еврипид мудрее. Итак, Сократ был признан лучше названных им мудрых трагиков. Ведь если на сцене или орхестре соревнуются ради получения награды и вызывают у зрителей горе и сострадание, а иногда и неблагочестивый смех (ведь нечто в этом роде требуется в сатировских драмах), то выходит, что возвышенное изображается не слишком хорошо с помощью философии и истины, а достойное похвалы — с помощью возвышенного.[640]
