Драмы и комедии полностью

Н и к о. Утром видел, перевязывала раненых.

М и р и а н. Утром… Это когда было, сто лет назад?!

Все, кроме Мириана, получили свой паек. Солдаты присели. Мириан протянул свой котелок Важе. В это время появился  С а в л е.

С а в л е (кричит). Мириан!

М и р и а н (обернулся). Что тебе, Савле?

С а в л е. Мириан, объясни мне, что происходит на белом свете?

Мириан махнул рукой и вновь повернулся к Важе.

У-ух! Разве это жизнь?! (Побежал, потом вдруг остановился и начал стрелять из автомата.)

М и р и а н (подбегает к Савле). Савле! Остановись!

С а в л е. Не бойся я в небо стреляю, в небо!

М и р и а н. В кого же метишь, в небеса? В темную ночь как в копеечку?!

С а в л е. Я стреляю в бога, Мириан! Если бог есть, то куда же он смотрит? Сошел бы с небес да посмотрел, какой тут ад творится!

М и р и а н. Нет на небе бога, бог здесь — на земле! (Сажает Савле рядом с собой. Потом берет у Важа для него и для себя паек. Ставит котелок перед Савле.)

Важа наполняет свой котелок и садится среди солдат. Все молча едят. Слышен лишь звон ложек.

В а ж а. Сегодня старый Новый год.

С е р г о. Неужели в этой проклятой войне не бывает выходных хотя бы под Новый год?!

Э м з а р. Может, ты хочешь еще и новогоднюю елочку в подарок от фрицев?

Ш и о (входит встревоженный с котелком в руках). Амиран!

Молчание.

Ребята, моего брата не видели?

Все переглядываются, опускают головы, перестали есть.

Разведчики не вернулись?

Пауза. Появился  В а л и к о.

Ты один вернулся?

Валико махнул рукой.

Где Амиран? Где мой брат?

В а л и к о. Не знаю.

Ш и о. Вы же в разведку вместе пошли?!

В а л и к о. Да, вместе пошли… Но… Не знаю… Мы попали в такое пекло… ни черта не знаю…

Ш и о. Амиран, братик мой!.. (Роняет котелок. Обезумев от горя, садится.)

Нико берет его котелок, наливает суп и ставит перед ним.

Шио сидит не двигаясь. Тяжелое молчание.

Н и к о. Шио! Шио, ешь, парень, ешь!

Солдаты продолжают есть. Шио сидит окаменев.

Э м з а р. Бросили нас тут на произвол судьбы… Чем они думали, головой или чем?.. К чертовой матери всех!

Ш а л в а. Молчи ты лучше! Молчи!

С е р г о. Все «молчи» да «молчи». Я уже задыхаюсь от этого молчания!

Э м з а р. Хочешь, беги и скажи начальству!

В а ж а. Что поделаешь, ты прав, но ведь знаешь…

Э м з а р. Нет уж, лучше скажу, а то еще взорвусь! Я согласен воевать до последнего вздоха! Но так нельзя! Что же дальше?! Я не могу больше! (Закричал песню.)

…Ребята!

Никто не отвечает.

Ребята! (Разрыдался. Бежит и кричит.) Эй, где вы, ребята?! Эй, вы, ребята, закопанные в снегу! Люди, что вы делаете?!

В а л и к о (кинулся за ним). Замолчи, Эмзар! Замолчи!

М и р и а н. Слезами горю не поможешь, не кричи!

Появляется  М а й я.

М а й я. В окопах много раненых. (Эмзару.) Я там перевязки делала, а ты здесь…

Э м з а р. Ты знаешь, сколько земляков погибло на моих глазах? Если вернусь домой, что скажу их матерям?

М а й я (берет свой котелок, садится рядом с солдатами). Говорят, все дороги перерезаны… Кругом немцы… Господи, что с нами будет? (Закрывает лицо руками.) Простите меня.

Э м з а р. Ты нас прости, Майя… Но что мы можем?

М и р и а н. Мы будем сражаться до последнего вздоха!

Н и к о. Успокойся, дочка. Ты станешь известным доктором, и я к тебе приду лечиться… успокойся!

В а л и к о (Майе). Капитан жив?

М а й я. Я видела его только что, он шел сюда.

Появился  А м и р а н.

А м и р а н (играет на пандури и поет).

Ш и о. Амиран, братик! Ты жив? (Бежит к нему.)

А м и р а н. Шио!

Обнимаются. Другие солдаты обступают их.

Ш и о (осматривает брата с ног до головы). Где же ты был, осел несчастный? (Ударяет его.)