б) на нескольких других листах описываются всякие церемонии, в которых приняли участие разные важные господа, принадлежавшие ко двору герцогов Бургундских;
в) все продолжение включает
гербы семей, породненных с этими господами,а также гербы главных суверенов Европы.
И среди этих семей, породненных с герцогами Бургундскими, представлены гербы разных знатных вельмож, числящих свой род от французской королевской династии. «Числящих», а не "принадлежащих к королевской крови Франции". В глазах тогдашних людей тут было небольшое различие.
В самом деле, Жанна Девственница, незаконнорожденная дочь Луи Орлеанского и Изабо Баварской, доподлинно
ведет свой родот этой королевской крови, но в силу ее незаконнорожденности ее нельзя было считать принадлежащей к ней. Иначе она располагала бы привилегиями и прерогативами, которых у нее в силу этой незаконнорожденности быть не могло.
Так вот, на 203-м листе этой рукописи мы обнаруживаем шесть гербов, принадлежавших шести главным «баронам» Франции. Известно, что термин
"барон"означал в те времена знатнейшие фамилии королевства – пэров, а не баронов из оперетт, разыгранных между 1870 и 1914 гг. На листе, воспроизведенном на вклейке в данном труде, находятся, таким образом, гербы
графа де Монфора,также являющегося герцогом Бретонским;
графа де Вермандуа; графа де Бомона; графа де Шартраи
графа де ІІ… – имя прочесть невозможно, оно написано тогдашней скорописью. Иные угадывают:
де Перс.На деле этот щит, "лазурный, с тремя львятами", в точности воспроизводит некий обратный порядок цветов, характерный для эпохи, различавший разные ветви одного семейства. Обратный порядок цветов обозначал "темную полосу". Ведь в гербе
графов де Перигор"на багряном фоне три золотых львенка, вставших на дыбы, с высунутыми языками, с лазурными венцами: два из них занимают верхнюю треть щита, а один – нижнюю часть герба". Возможно, вместо "де Перс", предлагаемого иными палеографами, следует читать «Перигор»
[101]или «Порсеан», титул и графство, полученные Дюнуа 29 марта 1427 г.
Но бесконечно важнее то обстоятельство, что во главе этого листа,
на почетном месте,первым, находится герб, которым Карл VII наделил Жанну Девственницу, с подписью:
"Девственница Франции".
На первом – до гербов прочих пэров! О важности ее герба уже говорилось. Этот гербовник мы держали в руках, он существует, к позору фальсификаторов истории. Он находится в Национальной библиотеке, в отделе рукописей, под шифром N.A.F. 4381. Этим открытием мы обязаны нашему другу графу де Сермуазу, любезно предоставившему фотокопию этого документа в апреле 1975 г. Как мы видим, после того как она была
Жанной Девственницей,затем
Орлеанской Девственницей,Жанна как
королевская принцессанаделена здесь титулом "Девственница Франции", который сопровождал отныне все документы, в которых она выступает как "Дама дез Армуаз, супруга Робера, сеньора Тишемона, рыцаря".
Рукопись Национальной библиотеки представляет собой точную копию той, которая в 1474 г. была изготовлена в Нейсе. Она относится к концу XV или к началу XVI в. Наш друг Пьер де Сермуаз, весьма тщательно изучивший ее, датирует ее 1502 г. Она была куплена в декабре 1883 г. за 100 франков на распродаже "редких книг и драгоценных рукописей"
из одной коллекции.Аукцион состоялся в Лиссабоне.
Если припомнить, что Карл Смелый – сын Филиппа Доброго и
Изабеллы Португальской,то можно предположить, что эта копия была изготовлена и преподнесена его деду и бабке, то есть королю Португалии Жоану II, снарядившему Васко да Гаму в величайшее морское путешествие того времени, и королеве. Так как Карл Смелый погиб в 1477 г., распорядилась изготовить и подарила эту рукописную копию, скорее всего, его дочь Мария Бургундская (супруга Максимилиана Австрийского).
Возможный интерес Карла Смелого к Жанне получает объяснение в их очевидном родстве. Если и в самом деле Девственница была дочерью Луи Орлеанского и Изабо Баварской, то, значит, она, как уже не раз отмечалось, была еще и единоутробной сестрой Карла VII, Екатерины де Валуа (королевы Англии), а также Мишель де Валуа,
первой супругиФилиппа Доброго (отца Карла Смелого), который тем самым оказался
деверемЖанны. Значит, у Карла Смелого, хоть и рожденного от третьего брака его отца (с Изабеллой Португальской), тоже существовала родственная связь с Девственницей, хотя бы моральная: через брачные связи она была в какой-то степени его теткой.
В этом ряду от Карла VII до Карла Смелого получается что-то уж слишком много глупцов или соучастников мошенничества, если по-прежнему доверяться нынешним ученейшим защитникам легенды.
Но может быть, они в данном случае занимаются не историей, а апологетикой.
[102]
<p>Дальнейшие походы</p>
