Драмы и секреты истории полностью

"Было ли сие дело рук божеских или человеческих? Затруднительно было бы для меня решать это. Иные мыслят, что коль скоро раскол воцарился между знатными людьми сего королевства ввиду успехов англичан, когда ни те, ни другие не хотели допускать, чтобы стал среди них наиглавнейший, то некто среди них, мудрейший в отличие от прочих, замыслил сей выход, заключавшийся в том, чтобы допустить, будто эта Девственница была ниспослана Господом, чтобы взять на себя это верховенство в делах. Ни один человек не осмелился бы уклониться от исполнения воли Господней. Таким образом, ведение войны было якобы доверено Девственнице, равно как и главенство над ратью" (указ. соч.).

Надо сказать, что, в то время как папа Пий II писал все это, в его распоряжении – наряду с весьма разнообразными, но подтверждающими эту точку зрения свидетельствами – находилась, надо полагать, пресловутая "Книга Пуатье",в которой, несомненно, содержались многие другие тайны, помимо истины о рождении Жанны Девственницы.

Не приходится также сомневаться и в том, что королевское семейство, и прежде всего сам Карл VII, разделяло мнение папы Пия II, ибо ему еще больше были ведомы скрытые пружины этого мнимо-божественного вмешательства в пользу арманьяков и в ущерб бургундцам. Ведь Жанну лишь один раз призвали для участия в Королевском совете.Случилось это 8 июля 1429 г. (во дворце Жана дез Армуаза в Шалоне-сюр-Марн, где по поручению епископа Иоанна Саарбрюкского тот выполнял обязанности видама [68]), во время похода на Труа, которому было суждено завершиться коронацией в Реймсе (см.: Балле де Виривилль.Сборник исследований о XVI веке).

Если бы видения и чудесные появления, которым была подвержена Жанна, были бы приняты на веру – Жанна вещала от имени Господа, – ее не отстранили бы, очевидно, от участия в заседаниях Королевского совета, она присутствовала бы на каждом из них, начиная со своего приезда в Шинон…

Это мнение папы Пия II, отмеченное величайшим скепсисом, получает подтверждение в виде документа, который был обнаружен нашим другом Пьером де Сермуазом в 1973 г. в Библиотеке имени Мазарини. Это рукопись № 1999, документ № 1, переписанная одним из секретарей кардинала. И вот надежное свидетельство, содержащееся в одном из отрывков:

"Вся история с Орлеанской Девственницей была всего лишь политической хитростью, изобретенной придворными Карла VII, чтобы отвлечь этого государя от его любовных похождений с Агнес Сорель; [69]и, веря, что все это совершалось во имя религии и по велению чуда, весь народ Франции устремился туда, как на пожар.

Большинство писателей, уверовавших в чудо, приняли ее сторону; но самые ученые среди них, излечившиеся от этой народной болезни, зная доподлинно, что чудеса эти суть не что иное, как предположения и выдумки для того, чтобы дурачить народ и водить его за нос с целью заставить его выплачивать королевские подати, почуяли подвох; то были Берн, Жерар дю Райян, Ламбен, Липсиюс, Винье, Параден.

Сего 1 мая 1649 г.

Все, что читается у обыкновенных историографов Орлеанской Девственницы, – всего лишь роман; во всем этом не больше правдоподобия, чем в россказнях о папессе Иоанне".

Заметим, что в 1634 и 1635 гг. Людовик XIII оказался перед необходимостью ограничить притязания на знатность со стороны многочисленных потомков д'Арков, числивших свой род исключительно от дочерей этой семьи. Их численность была чересчур велика, и проверки наталкивались на все большие затруднения в том, что касалось подлинности документов, представляемых в подтверждение этих претензий.

Так вот, в 1649 г., которым датируется данный документ, Мазарини был первым министром, Людовик XIII находился в могиле уже шесть лет (1643). С 1632 по 1634 г. Мазарини был заместителем папского легата в Авиньоне, а с 1635 по 1636 г. – папским нунцием при французском дворе.Весьма возможно, что в те годы Людовик XIII обратился к нему за выяснением происхождения Жанны. Отсюда – королевские эдикты 1634–1635 гг. о потомках д'Арков. Позднее Мазарини мог продиктовать одному из своих секретарей вышеприведенный текст, чтобы раз и навсегда положить конец легендам об этом семействе.

Свои сведения он получил от Ватикана, будучи папским нунцием, в ответ на вероятный запрос Людовика XIII.

Иначе трудно объяснить это уточнение, продиктованное 1 мая 1649 г. Тем более, что то был весьма бурный год: "Старая фронда",бегство двора в Сен-Жермен, Рюэйское соглашение с парламентом, возвращение в Париж, "Молодая фронда", арест Конде, принца де Конти, герцога де Лонгвилля; так что документ 1 мая 1649 г. – это простая служебная записка,составленная на всякий случай в качестве памятной записки.