Случилось так, что руанским судьям предшествовали участники расследования в Пуатье. После торжественного приема в Шиноне, после необыкновенных почестей, оказанных ей там, Жанне пришлось предстать перед церковной комиссией, желавшей в точности выяснить происхождение видений и таинственных голосов, на которые она ссылалась. Выводы, сделанные в результате этого расследования, были для нее положительными. Выяснилось, что она действительно была девственницей, а это помогло устранить подозрения в колдовстве, ибо в те времена твердо верили, что любая колдунья должна была отдаваться Сатане в первый же раз, когда ей доводилось участвовать в шабаше. Выяснилось и то, что она – добрая христианка, прилежно исполнявшая обычаи церкви. Все это было весьма успокоительным. Значит, она могла вести престолонаследника Карла на коронацию в Реймс, и бургундская партия никогда не смогла бы обвинить его в том, что троном он обязан колдунье, то есть Дьяволу.
Что у Жанны заранее была несколько неважная репутация в глазах богословов, подтверждается тем, что герцог Лотарингский Карл, призвавший ее к себе в Нанси незадолго до ее отъезда в Шинон, о чем мы уже рассказали, сделал это отнюдь не в связи с ее миссией, а чтобы излечиться от подагры, которая ужасно его мучила. Он был неприятно изумлен, услыхав в качестве средства излечения совет Жанны прогнать от себя юную красотку Анизон дю Май, свою любовницу и побочную дочь священника.
Стало быть, не потенциальную освободительницу королевства призвал к себе Карл Лотарингский, а
Комиссия из Пуатье свела свои выводы в реестре, называемом в наши дни "Книга Пуатье". Эдуард Шнайдер, католический историк, друг папы Пия XI и почетный гражданин Ватикана, нашел ее эквивалент в документах, хранящихся в тайных архивах Ватикана. Об этом он поведал как своим друзьям, так и своему исповеднику, и суть этого сообщения имеется в нашем распоряжении в виде текста, написанного его рукой. В этих документах, в которых нашла свое отражение упомянутая "Книга Пуатье", [74]он, по его свидетельству, прочел о том, что оба францисканца, посланных на расследование в Домреми для установления репутации Жанны, вернулись оттуда, собрав показания поселян. Всем было известно, что Жанна – дочь от прелюбодейной связи между герцогом Луи Орлеанским и королевой Изабо Баварской, а значит, сестра или сводная сестра короля Карла VII.
Но позднее, в Руане, судьи, представляющие бургундскую партию, а в Париже инквизиторы из Университета, видя, что, таким образом, она оказывалась внучкой Карла V, припомнив его пристрастие к запретным наукам и две мандрагоры, которыми он обладал, сочли, что Жанна могла быть подвержена той же духовной слабости. И разумеется, положение не улучшалось от того, что ее отец Луи Орлеанский владел кольцом и талисманом, предназначенными для развращения женщин. Вот почему в Руане без промедлений был поднят вопрос о том, что в распоряжении Жанны тоже была мандрагора.
Мы в дальнейшем подвергнем рассмотрению документы, обнаруженные в Ватикане Эдуардом Шнайдером, ныне уже покойным. Они еще важнее, чем даже "Книга Пуатье".
Читателю незачем напоминать о том, что на протяжении многих веков мандрагоре приписывалось свойство приносить ее владельцу счастье, удачу, любовь женщин и военные победы. Это растение, именовавшееся также "маленьким земляным человечком", следовало найти у подножия виселицы, где оно зародилось в земле, пропитанной спермой повешенных. Известно, что повешение приводит к извержению семени у того, кто подвергается такой казни. То, что имеется в виду сперма преступников, воров и пр., давало колдуну, нашедшему мандрагору, возможность видеть в ней средоточие злого духа, способного удовлетворить упомянутые весьма низменные стремления. Выкапывать ее надо было ночью, предварительно обведя по земле линию вокруг нее, причем для этого полагалось использовать острие меча. Этот круг должен был предотвратить бегство растительного духа, уже усвоившего человеческие качества, благодаря полученной или впитанной землей человеческой сперме. Затем мандрагоре "придавали человеческие очертания, одевали ее в одежду, и оставалось лишь оживить ее при помощи соответствующих курений, менявшихся в зависимости от назначения. Для этого призывалась и поселялась в ее тело сущность, которой было суждено оставаться в ней навсегда.
