Грегерс. Да. И в ней вижу какую-то птицу.
Экдал. Гм… «птицу»!..
Грегерс. Утка, что ли?
Экдал
Ялмар. Да
Хедвиг. Это не простая утка…
Экдал. Тсс!..
Грегерс. Ну и не турецкая же…
Экдал. Нет, господин… Верле. Это не турецкая утка. Это дикая утка.
Грегерс. Да неужели? Дикая?
Экдал. Именно! Эта «птица», как вы изволили ее назвать, — дикая утка. Наша дикая утка, старина.
Хедвиг.
Грегерс. И она может жить тут, на чердаке? Прижилась?
Экдал. Да вы же понимаете, у нее целое корыто с водой, где она может плескаться вволю.
Ялмар. Воду через день меняем.
Гина
Экдал. Гм… так закроем. Да и не надо их тревожить на ночлеге. Берись, Хедвиг.
В другой раз рассмотрите ее хорошенько.
Грегерс. Да как же вы ее поймали, лейтенант Экдал?
Экдал. Я не ловил. Мы обязаны ею некоему господину здесь в городе.
Грегерс
Ялмар. Вот забавно — как ты
Грегерс. Ты недавно рассказывал, скольким ты обязан отцу… ну вот, я и подумал…
Гина. Да, но мы не от самого же коммерсанта получили ее.
Экдал. Все равно, Гина. Мы ею обязаны Хокону Верле.
Грегерс. A-а! Всадил ей, значит, несколько дробинок в тело.
Ялмар. Да, две-три дробинки.
Хедвиг. Под самое крыло. И она не могла улететь.
Грегерс. И, верно, нырнула?
Экдал
Грегерс. Но ведь
Экдал. У вашего отца такая лютая собака. Нырнула и вытащила утку.
Грегерс
Ялмар. Не сразу. Сначала-то она попала к твоему отцу. Но там она не прижилась, стала хиреть, и Петтерсену велели ее прикончить…
Экдал
Ялмар
Грегерс. И тут у вас на чердаке ей живется отлично.
Ялмар. Удивительно! Даже разжирела. Да, положим, она здесь уже столько времени, что успела забыть настоящую волю. А в
Грегерс. Пожалуй, ты прав, Ялмар. Пусть только не видит никогда неба и моря… Но я не смею дольше засиживаться, отец твой, кажется, заснул?
Ялмар. Ну, из-за этого-то…
Грегерс. Кстати, ты говорил, вы сдаете комнату? И она сейчас не занята?
Ялмар. Да, а что? Ты кого-нибудь знаешь?..
Грегерс. Могу я снять эту комнату?
Ялмар. Ты?
Гина. Нет, что вы, господин Верле!..
Грегерс. Отдадите вы ее мне? Тогда я завтра же утром перееду.
Ялмар. Да с величайшим удовольствием.
Гина. Нет, господин Верле, она для вас окончательно не годится, неподходящая.
Ялмар. Да что ты, Гина? Как ты можешь говорить
Гина. Да как же? И тесна, и свету мало, и…
Грегерс. Это все не беда, фру Экдал.
Ялмар. По-моему, вполне приличная комната. И обставлена недурно.
Гина. Да ты вспомни, кто живет внизу… Эти двое..
Грегерс. Кто эти двое?
Гина. Да один прежде был домашним учителем…
Ялмар. Кандидат Молвик.
Гина. А еще один доктор, Реллинг по фамилии.
Грегерс. Реллинг? Его я немножко знаю. Он практиковал одно время в Горной долине.
Гина. Это такие несуразные господа! Часто кутят по вечерам, домой приходят поздней ночью и не всегда в своем…
Грегерс. К этому скоро можно привыкнуть. Надеюсь, что и я, как дикая утка…
Гина. Гм… я думаю, вам лучше отложить до завтра… Утро вечера мудренее.
Грегерс. Вам что-то очень не хочется пускать меня к себе в дом, фру Экдал.
Гина. Бог с вами! Что вы!
Ялмар. Да, это в самом деле странно с твоей стороны, Гина.
Грегерс
Ялмар. Но не дома, у отца? Что же ты намерен предпринять?
Грегерс. Да, знай я только это… тогда бы еще было с полгоря. Но когда имеешь несчастье зваться Грегерсом… Грегерс… да еще Верле… Слыхал ли что-нибудь хуже?
Ялмар. Я совсем не нахожу…