Капитан, не слушая ее возражений, направился в кабинет герцога. Дверь была закрыта, но он вошел не постучав. Герцог сидел, склонившись над столом, внимательно изучая какую-то огромную карту, которую он разложил перед собой. Рядом с его светлостью стоял камердинер Крейвен.
Оба подняли головы, уставившись на вошедшего, и взгляд Уэйкфилда пронзил его насквозь.
— В чем дело?
— На леди Фебу снова напали, — доложил Тревельон, — но все обошлось: она цела и невредима.
— Слава тебе господи! — тихо воскликнул Крейвен.
— Когда это произошло? — сурово спросил герцог.
— В «Хартс-Фолли», ваша светлость, всего час назад. Сейчас она уже здесь.
— Что моя сестра делала в «Хартс-Фолли»? — грозно вопросил герцог.
Тревельон потупился, зная, что виноват: это он решил, что ей можно поехать, — но теперь, оглядываясь назад, понимал, что свалял дурака.
— Ее пригласил туда архитектор, проектирующий строительство, некто Малколм Маклиш.
Уэйкфилд взглянул на Крейвена.
— Выясните, кто это.
— Да, ваша светлость. — Камердинер вынул из кармана записную книжку и что-то записал.
— Что вам известно об этом человеке?
Тревельон покачал головой.
— Почти ничего помимо того факта, что он нравится вашей сестре. Он как-то связан с герцогом Монтгомери, что требует дальнейшего расследования, но, похоже, человек достойный.
Взгляд Уэйкфилда наполнился гневом, но капитан стойко выдержал этот взгляд.
— Она могла сделать и более неудачный выбор, ваша светлость.
Герцог не желал слушать.
— Фебе не место в «Хартс-Фолли»!
— Да, ваша светлость. Я несу полную ответственность за происшедшее.
— И поделом! Какого черта вы позволили сестре ехать в это безлюдное место? Там можно встретить кого угодно.
Тревельон стиснул зубы. Да и что здесь скажешь? Что подверг Фебу опасности лишь потому, что думал сердцем, а не умом?
Уэйкфилд раздраженно нахмурился.
— Как это возможно? Мейвуд мертв. В голове не укладывается, как это возможно, чтобы на нее напали дважды за неделю разные люди?
— Не разные.
Уэйкфилд замер.
— Поясните.
— Это не Мейвуд, — сказал Тревельон. — Он вообще ни при чем. Я узнал одного из нападавших — человека со шрамом на лице, видел на Бонд-стрит. За сегодняшним происшествием стоят те же люди.
Уэйкфилд выругался.
— Вы были правы с самого начала, Тревельон! Я должен перед вами извиниться.
— Благодарю, ваша светлость, но сейчас это вряд ли имеет значение. — Капитан стиснул кулаки. — Вам необходимо не только разыскать человека со шрамом, но и расширить круг расследования. Приглядитесь к своим врагам и деловым партнерам: узнайте, не точит ли на вас кто-нибудь зуб, не задумал ли кто подсидеть вас в парламенте, захватив в заложницы сестру. Может, какой-то авантюрист имеет виды на ее приданое? Или питал к ней особый интерес в прошлом?
Уэйкфилд с мрачным и усталым видом кивнул, взглянув на Крейвена.
— Разумеется.
Камердинер деловито записывал все, о чем говорил капитан, потом, сложив листок, объявил:
— Займусь этим немедленно, ваша светлость.
Поклонившись, Крейвен исчез.
— Ваша светлость, я должен сообщить вам еще кое-что. — Тревельон стиснул кулаки так, что ногти впились в ладони. — Если бы не мистер Малколм Маклиш, ее бы похитили.
— Что вы хотите этим сказать? — с расстановкой произнес герцог, но капитан смело встретил его взгляд.
— Только то, что сказал. На этот раз их было шестеро, а нас трое, все с пистолетами. По выстрелу на каждого, но все мимо, даже я, хотя Рид говорил потом, будто, возможно, и задел одного. Меня сбили с ног, и один из негодяев успел даже схватить леди Фебу за руку, когда я к ней пробился. Двое целились в нас, когда я прикрывал ее, безоружный, и Маклиш сумел нагнать страху на обоих. Короче говоря, если бы у Маклиша не оказалось в сапоге ножа, если бы ему не хватило отваги наброситься на бандитов, ваша сестра оказалась бы у них в руках.
— Зачем вы мне все это говорите? — медленно произнес Уэйкфилд.
— Я больше не могу охранять леди Фебу, — твердо ответил Тревельон. — И прошу освободить меня от обязанности ее телохранителя.
Уже час как Тревельон отправился с докладом к Максимусу, но Феба до сих пор не знала, чем закончилась их беседа.
— Еще чаю? — заботливо предложил мистер Маклиш.
Они сидели в Ахиллесовой гостиной, здесь же был и Рид, охранял. Слава богу, к тому времени как они вернулись, Артемида с кузиной Батильдой уже отправились за покупками, иначе ее давно бы уложили в постель с полотенцем, смоченным лавандовой водой, на лбу.
— А хотите кекс? Они, правда, какого-то странного цвета, — продолжал архитектор, явно не замечая, что Феба сидит как на иголках. — Но, возможно, на вкус они лучше, чем на вид.
— Не сомневаюсь, что так и есть, — ответила она рассеянно. — Интересно, почему так долго нет Максимуса?
