Древняя Греция полностью

Очевидным следствием компромисса, потребовавшегося для того, чтобы достичь единства Спарты, стало появление у спартанцев двух наследовавших власть военных вождей, пользовавшихся высшим авторитетом, которых называли царями. Эти цари, которые, возможно, первоначально были вождями двух господствующих деревень, являлись духовными главами Спарты и командующими ее армии. Власть царей в принятии решений и проведении политики не была неограниченной, поскольку они выступали не в качестве чистых монархов, но скорее как лидеры олигархической верхушки, правящей спартанским городом-государством. Соперничество двух царских фамилий время от времени приводило к яростным спорам, и изначальный обычай иметь двух главнокомандующих парализовал спартанское войско, когда в ходе военной кампании между царями возникали разногласия в вопросах стратегии. Поэтому в итоге спартанцы решили, что во время войны командовать будет лишь один царь.

«Немногие», принимавшие в Спарте политические решения, – это группа из 28 мужчин старше 60 лет, а также два царя. Эта группа из 30 человек, называвшаяся советом старейшин (герусией), выдвигала предложения перед собранием всех свободных взрослых мужчин. Народное собрание располагало лишь ограниченной властью внести в представленные предложения какие-либо поправки; в большинстве случаев ожидалось, что оно одобрит планы совета. Отклонялись предложения редко, потому что совет сохранял право снять их, если реакция участников собрания говорила о том, что итог голосования будет отрицательным. В соответствии со спартанской традицией, в случае «если народ постановит неверно, старейшинам и царям распустить» народное собрание, а решение не считать принятым[46]. Предложение могло быть представлено совету позже – после того как удастся заручиться поддержкой для его прохождения.

Уравновешивала влияние царей и герусии коллегия из пяти ежегодно избираемых «надзирателей» (эфоров). Избираемые из числа всех взрослых граждан-мужчин, эфоры созывали герусию и народное собрание, а также пользовались значительной юридической властью, осуществляя суд и наказание. Они могли выдвигать обвинения даже против царя и заключать его в тюрьму до суда. Создание коллегии эфоров подрывало политическую власть олигархической герусии и царей, потому что задачей эфоров было обеспечить верховенство закона. Афинянин Ксенофонт позже писал: «При появлении царя встают все, кроме эфоров, которые продолжают сидеть на своих стульях. Эфоры и царь ежемесячно обмениваются клятвами: эфоры присягают от лица полиса, царь – от своего имени. Царь клянется править, сообразуясь с законами, установленными в государстве, а полис обязуется сохранять царскую власть неприкосновенной, пока царь будет верен своей клятве»[47].

Спартанцы настаивали, что покорность закону необходима, чтобы соответствовать принятым в их обществе строгим стандартам правильного поведения – неважно, в малых или в больших делах. К примеру, эфоры, вступив в должность, повелевали всем мужчинам «остригать себе усы и повиноваться законам»[48]. Глубина уважения спартанцев к своей системе правления под властью закона нашла символическое отражение в их предании о том, что оракул Аполлона Дельфийского даровал им так называемую Ретру. Как считали спартанцы, их легендарный правитель Ликург провел реформы, установив Ретру. Даже в Античности историки не знали, когда правил Ликург и как именно изменил он спартанские законы. Сегодня мы можем только сказать, что спартанцы разработали свою, основанную на законе, политическую и общественную систему где-то между 800 и 600 гг. до н. э. В отличие от других греков, спартанцы никогда не записывали законы. Вместо этого они сохраняли свою систему из поколения в поколение посредством особого, высокоупорядоченного образа жизни, экономической основой которого было использование принудительного труда других людей.