И вдруг Стальной Барс понял, что он действительно хочет стать военным вождём, а потом и Владыкой. Если раньше он бездумно соглашался со всеми этими пророчествами, не веря в то, что ему говорили, то теперь понял, что на него смотрят уже как на человека, занявшего трон вождя по наследству. Как будто бы Балвер сам посадил его на своё место. Рутгер перебирал в своей памяти всех знакомых ему вигов, и приходил к выводу, что он единственный, кто достоин золотого перстня военного вождя. Не слишком ли это самонадеянно, и самоуверенно? Нет! Ведь и так все воины видят его на месте Балвера, а Эрли, так та вообще предсказывает, что он будет Владыкой страны Лазоревых Гор! Можно ли этому верить? Эррилайя хотя и утверждает, что она ведьма, но ведь, по сути, является всего лишь взбалмошной, пятнадцатилетней девчонкой, вбившей себе в голову, что будет женой Владыки!
Воевода хотел сказать Увгарду, что он постарается оправдать надежды, сделает всё, от него зависящее, и промолчал. Эти слова показались ему какими-то ненастоящими, пафосными, словно он находился где-то на Совете Лордов, и должен говорить то, что хотят от него услышать. Словно это те слова, идущие не от сердца, а произносятся ради какой-то своей выгоды.
И, кажется, учитель понял, о чём промолчал воевода. Он широко улыбнулся, слегка поклонился, и, взяв обеими руками Стального Барса за плечи, глядя в глаза, сказал:
– Ты не подвёл клан в Волчьих Воротах, так не подведи его и сейчас. Виги на тебя надеются!
* * *
За три дня проведённые в приграничной крепости, и ожидая появления императорского гонца, Рутгер узнал о Руссии, как ему казалось, почти всё. Несчастную страну раздирали те же разногласия, что и его Родину! Князья жаждали власти и богатства, а простой народ имел наглость желать жить лучше! На огромной территории, там, где не бродит Невидимая Смерть и не ощущается её дыхание, там, где стоят многочисленные, фруктовые сады, где колосятся бескрайние, хлебные нивы, в городах и деревеньках, шла, на первый взгляд, невидимая борьба между богатством и нищетой, властью и бесправием, убогостью, и процветанием.
