– Эта страна невыразимо богата. – Проговорил Рутгер, поглядывая по сторонам. За день пути он никак не мог привыкнуть к тому, что видел, и слышал. Ему нравилось смотреть в безоблачное небо, проезжать под сенью раскидистых деревьев, стоящих на обочине дороги, видеть теряющиеся где-то на горизонте края полей, где трудились крестьяне. От осознания всего этого кружилось голова, и казалось, что этот мир находится под особым покровительством Бога, более всемогущего и сильного, чем сам Бессмертный Тэнгри.
– Да, эта страна богата, но не думаю, что люди, живущие в ней безмерно счастливы. – Заметил царь россов. – Не забывай, что здесь есть рабы и разбойники!
– Так что с того? Может у страны Лазоревых Гор потому столько врагов, что у нас никогда не было рабов? Взятые в полон, работают на рудниках не более двух лет, а потом, получив горсть золота, отпускаются домой, где становятся богатыми людьми! Они рассказывают о том, что видели, и это способствует тому, что у нас появляются новые противники, ещё более жадные и жестокие! Мы слишком добры к врагам!
Аласейа улыбнулся, и покачал головой:
– Очень скоро ты поймёшь, что не прав. Нельзя править страной с таким ожесточением в сердце. Разве это завещали нам Древние Боги? Своей гибелью они показали нам, что смерть рождает смерть, а жестокость рождает жестокость.
– Скажи об этом нашим лордам! – Усмехнулся Стальной Барс. – Они же могут тиранить вигов! Разве они послушают твоих доводов, и вдруг сразу изменятся? Их может исправить только меч, да и то, если сделает их короче на голову! – Воевода оглянулся, и напрямик спросил: – Что с тобой? Раньше ты не был таким! Что на тебя так подействовало?
– Просто я кое-что понял.
Виг в седле повернулся к россу, и заинтересованно посмотрел на него. Что же он такое понял, что это его так изменило? Рутгер не собирался следовать примеру царя, но любопытство его прямо таки раздирало на части.
– Что же ты понял?
– Я не смогу этого объяснить. Я не знаю таких слов, чтобы передать тебе то, что у меня на сердце.
