Тем временем Бартель выступил с сенсационным заявлением, будто ему удалось расшифровать письмена ронго-ронго. Изучив в Конгрегации святого сердца в Риме записки Жоссана, включающие текст, придуманный Меторо, он прогремел на весь свет, объявив, что эти материалы позволили ему читать дощечки. По его словам, на них сообщалось, что первые пасхальцы прибыли с острова Раиатеа примерно в XIV в. (Barthel, 1958[24]). До Бартеля доктор Кэрролл тоже заявлял, что может читать дощечки; на самом деле он просто повторил записанное Томсоном древнее предание о том, что первопоселенцы пришли со стороны Южной Америки, поскольку они плыли в сторону заходящего солнца (Carroll, 1892[61]). Когда же работавшие на Пасхе археологи Мэллой, Шёльсволд и Смит («American Anthropologist», 1964) предложили Бартелю опубликовать дословный перевод хотя бы одной дощечки, тот, как и Кэрролл до этого, уклонился от ответа. Так что дощечки ронго-ронго остаются недешифрованными, хотя и после было предостаточно необоснованных заявлений об их прочтении (например, Хосе Кинтело де Мело в «O Cruzeir'o Internacional», Бразилия, 11.IV.1973).
Письменность еще один неполинезийский элемент на Пасхе. Вопрос, почему такой признак развитой цивилизации, отличающий большие нации, развился независимо (и потом исчез) на уединенном острове Пасхи, вызвал на редкость большие расхождения в ученом мире. На других островах Полинезии единственным мнемоническим средством была система узелков на веревочках, которая особенно на Маркизах поразительно напоминает кипу, типичные для инкского периода в Перу. Известны гипотезы, что пасхальские письмена попали на остров с выходцами из Мохенджо-Даро в долине Инда, на другом конце земного шара, что трансокеанские мореплаватели по пути из Китая в Мексику останавливались на Пасхе и передали островитянам понятие о письменности, что ронго-ронго вовсе и не письмена, а своего рода ребусы, наконец, что пасхальцы, увидев европейские буквы, решили изобрести свою письменность. Все эти гипотезы были в свое время опровергнуты. Ныне ронго-ронго определяют как письменность с определенным числом неравномерно повторяющихся знаков, расположенных бустрофедоном, иначе говоря, каждая вторая строчка перевернута вверх ногами и читается с другого конца. Народы Европы, Китая и долины Инда бустрофедоном не писали, и пасхальцы не изобрели ронго-ронго с прибытием европейцев, а успели его забыть ко времени их появления. Мореплавателям из Китая, чтобы попасть в Мексику, надо было следовать по субарктическому пути каравелл; остров Пасхи лежит в тысячах километрах от этого маршрута. Письмена Индской долины не так уж похожи на ронго-ронго; они вышли из употребления за тысячи лет до того, как человек достиг острова Пасхи, и географические расстояния в этом случае настолько велики, что совершить такое полукругосветное путешествие было бы гораздо легче через Атлантику и Америку.
Метро, который одно время вообще не соглашался признавать ронго-ронго письменностью, был в числе самых ярых противников некогда популярной гипотезы о связях с долиной Инда. Он писал «Я мог бы сравнить индские письмена с пиктографией американских индейцев и обнаружить не меньшее сходство… Если ученые настаивают на связи острова Пасхи с долиной Инда, я требую того же для обойденных вниманием индейцев куна нынешней Республики Панама» (Metraux, 1938[221]).
Кстати, индейцы куна, вырезавшие письмена на деревянных дощечках, живут на полторы тысячи километров ближе к острову Пасхи, чем полинезийцы на Тонга. Даже древние американские центры письменности в Мексике и Никарагуа ближе к Пасхе, чем многие острова Полинезии. Первым всерьез задумался о связи между письменностью куна и пасхальцев Хорнбостель; правда, он полагал, что письмена попали с острова Пасхи к панамским куна, а оттуда — к древним цивилизациям Мексики (Hornbostel, 1930[164]).
Хейне-Гельдерн подхватил эту идею:
«Нынешние куна пишут преимущественно на бумаге. Но наряду с этим у них есть деревянные письменные дощечки, и сами куна называют их исконным материалом для письма. Дощечки, виденные Норденшельдом, предназначались для того, чтобы подвешивать их в домах во время празднеств. Идеограммы начертаны красками. Однако, по сведениям Гассо… прежде идеограммы вырезали на деревянных дощечках. Здесь вспоминаешь письменные дощечки острова Пасхи. Способ письма бустрофедоном, с чередованием строк снизу вверх, тоже напоминает пасхальский». И еще: «Учитывая все эти совпадения, вполне правомерно предположить наличие некоей связи между письменностью острова Пасхи и письменностью куна» (Heine-Geldern, 1938[144]).
