Черепки минимум 131 аборигенного сосуда, собранные на Галапагосах, свидетельствуют о немалой активности людей в этом районе задолго до прихода колонизаторов. Само собой разумеется, наше беглое обследование не могло выявить всех стоянок, обнаружена лишь часть наличного материала. Из-за скудости почвенного слоя на береговых скалах много следов былых посещений, конечно, смыто в море. Далее, не подлежит сомнению, что перед нами примеры кратковременных заходов, а не постоянных поселений, от которых остались бы более мощные пласты и более однородная посуда. И вряд ли здесь на месте могло независимо развиться гончарство, точно повторяющее материковые типы — от Кастильо и Томавал гладкой до полихромной тиауанакоидной, Сан-Николас фигурной и трех характерных образцов черной керамики чиму: Кенето лощеной гладкой, Сан-Хуан фигурной и Ла-Платы фигурной. Собранный материал географически привязывается к областям от Гуаяс (Эквадор) до лежащей в 1500 км южнее долину Касма у рубежей центрального приморья Перу.
Подведем итог. Пальма первенства в использовании бесплодных, засыпанных вулканическим шлаком островов Галапагос, вероятно, как рыболовной базы принадлежит не европейцам. Обычай этот зародился у аборигенов по меньшей мере во времена приморской культуры Тиауанако в археологической периодизации Перу.
Археологические объекты на Галапагосских островах
Три острова группы Хуан-Фернандес, омываемые северной дугой Антарктического течения, лежат так далеко на юг от бывшей инкской империи и на таком расстоянии от области, где в прошлом ходили бальсовые плоты, что они вряд ли играли заметную роль для аборигенных мореплавателей Южной Америки. Острова Галапагос расположены точно на экваторе, иначе говоря, как раз на широте Манты, откуда, по инкским легендам, вышел в море Кон-Тики-Виракоча вместе со своими белыми бородачами и откуда, как сообщают инкские историки, отправился в дальнее плавание на бальсовых плотах Инка Тупак.
Археология свидетельствует, что острова Галапагос посещались с материка со времен Тиауанако; исторические источники сообщают, что бальсовые плоты все еще ходили на пустынный архипелаг в первой половине прошлого столетия. Нетрудно понять, почему эти острова, хотя и бедные постоянными источниками воды, привлекали аборигенных добытчиков продовольствия и купцов. Галапагосы кишели крупными съедобными игуанами и гигантскими черепахами, которых можно было ловить прямо руками, причем черепахи представляли собой пригодный для дальних перевозок источник жира и пищи. Есть признаки, что на этих сухих островах пытались культивировать хлопчатник; ботаники определили, что считавшийся эндемиком дикий галапагосский хлопчатник Gossipium darwinnii на самом деле разновидность искусственно выведенного доевропейскими цивилизациями Перу южноамериканского 26-хромосомного Gossipium barbadense. Одичавший галапагосский хлопчатник обладает текстильным волокном, хотя и не слишком высокого качества; вот и ответ, почему среди раскопанных нашей экспедицией предметов оказалось меловое пряслице аборигенного типа. Но главная притягательная сила Галапагосов — огромное количество рыбы, ради которой сюда и поныне идут рыболовные суда со всего Тихого океана. Поскольку, как уже сказано, архипелаг расположен прямо на экваторе, его окружают беспорядочные течения и струи, благоприятствующие развитию морской фауны. Направляющиеся на запад холодные струи Перуанского течения омывают южные острова архипелага; у северных островов проходит теплое течение Эль-Ниньо из Панамы и наблюдается много завихрений. Мы уже видели, как сила названных течений увлекала парусные суда на запад с такой скоростью, что мореплаватели, в том числе и в нашем столетии, называли острова Галапагос «заколдованными», считая, что они перемещаются по поверхности океана.
Поскольку Галапагосы, как выяснилось, хотя и не знали постоянных поселений, играли для доевропейских мореплавателей из Эквадора и Перу б
Эта глава основана на «Заметках о доевропейских кокосовых рощах на острове Кокос», опубликованных во втором томе отчетов Норвежской археологической экспедиции на остров Пасхи и в восточную часть Тихого океана, который вышел в 1965 г.
