Древний мир полностью

В середине XIV в. до н. э. Египет был лидером ближневосточного мира. Военная добыча и дань текли в страну, богатство которой вошло в поговорку: «в Египте золота больше, чем песка», — писал царь Митанни. Роскошный двор превратился в «мировой» дипломатический центр. Его «космополитической» атмосфере способствовали браки фараонов с чужеземными царевнами, сам Аменхотеп III был женат на нескольких вавилонских и митаннийских царевнах. Египет стал более открыт культурным веяниям извне. Полагают, что вместе с армией, возвращавшейся из дальних походов, в Египет попадали и новые идеи. Произошел «переворот» в сознании египтян: царь виделся «солнцем» не только для Египта, но и для «чужеземных стран». Триумфом Аменхотепа III стали три его юбилея, которые пришлись на семь последних лет правления.

Правление Аменхотепа III отмечено грандиозным строительством — прежде всего своего дворца и заупокойного храма в Малкате (Зап. Фивы), от которого уцелели лишь сфинксы (ныне стоящие на набережной Невы) и две его тронные статуи — знаменитые Колоссы Мемнона (один — «поющий», издающий протяжный звук на рассвете при прохождении нагретого воздуха через трещины). Главный архитектор царя Аменхотеп, сын Хапу, удостоился беспрецедентной почести — заупокойного храма (прерогативы царей) и позднее, подобно Имхотепу, был обожествлен.

К концу правления Аменхотепа III культы многих богов, как и его собственный, с одной стороны, подверглись значительной «соляризации», с другой — распространилось (возможно, в противовес официальному культу Амона-Ра и его жречеству) почитание Солнца под его старинным именем Ра-Хорахти («Ра-Хор-двух-горизонтов», т. е. восходящего и заходящего солнца), а также Атона, т. е. физически видимого на небе солнечного диска. Его дворцовый комплекс в Малкате носил название «сияющий Атон», сам царь имел эпитет «Сияющий Атон всех земель». В этих новшествах проступают корни грядущих перемен «амарнской эпохи».

Аменхотеп IV (1352–1336 гг. до н. э.), сын Аменхотепа III, почти на два десятилетия круто изменил жизнь Египта. Уже в начале правления он ввел новый общегосударственный культ Атона, не покушаясь, однако, ни на верховного Амона, ни на египетское многобожие в целом. Рядом с Карнаком (центром культа Амона) был возведен храм Гемпаатон (букв. «Найден Атон»), где новое божество изображалось в необычном виде — не в антропомофной или зооморфной форме, но в виде солнечного диска с лучами-руками, «протягивающими» знак анх («жизнь»). Вскоре теофорное имя Аменхотеп (букв. «Амон доволен») царь изменил на Эхнатон — «Угодный Атону», его супруга царица Нефертити получила имя Нефернефруатон («Прекрасна красота Атона»). Сам Атон был наделен особой «солнечной» титулатурой, заключаемой в царские картуши.

Царская семья и двор покинули Фивы, переселившись в новую столицу Ахетатон («Горизонт Атона», совр. Амарна), возведенную «по велению Атона» на берегу Нила на «ничейной» (т. е. ранее не принадлежавшей никаким богам) земле. В Ахетатоне оформляются принципы «атонистской» религии и культ самого фараона.

Имена Амона и прочих богов подверглись истреблению по всей стране. «Богоборчество» развернулось даже на уровне письменности: иероглифы, вызывающие ассоциации с ненавистным Амоном, заменялись; знак «множество» при слове нечер (др. — егип. «бог») запрещался; наконец, вместо слова «бог» стали писать «атон». Сколь далеко могли зайти нововведения, неизвестно: на 17-м году правления Эхнатон умер; имя Нефертити исчезло из источников еще раньше. Согласно тексту на «пограничных стелах» Ахетатона, царскую семью надлежало захоронить «в восточной горе Ахетатона». Царская гробница, однако, пуста; одна из гипотез предполагает перезахоронение царя (возможно, и иных членов его семьи) в Долину царей. При ближайших преемниках начинается полная реставрация: уничтожаются имя (стало быть — память) о реформаторе, его боге, его столице.

Реформы изменили государственный культ и религию придворной элиты, пребывающей в изоляции в столице, но рядового населения, скорее всего, они мало коснулись. Реформа Эхнатона все в большей степени связывается с фигурой Аменхотепа III, достигшего прижизненного уподобления Солнцу и носившего эпитет «сияние Атона». Возможно, возвышая Атона, сын, в сущности, возвеличивал обожествленного отца, но в форме, не связанной с Амоном, т. е. «немифологической» (А.О. Большаков). Впрочем, мотивация реформ, как и сама личность Эхнатона, «первого…религиозного гения в истории» (Б.А. Тураев), все еще до конца не понятна. Реформа завершились неудачей, но не исключено, что ее отдаленное влияние (а именно наделение верховного божества царскими прерогативами) проявилось в истории конца Нового царства (см. ниже).