Римляне взяли у греков многое в науках и методах обучения. Математику изучали, по словам Цицерона, лишь в той мере, насколько это необходимо для ведения счета. Астрономию учили лишь в целях применения в мореплавании и земледелии, а обучение музыкальному искусству считалось и вовсе делом едва ли приличным. Сципион Африканский возмущался: «Сыновей и дочерей нашей знати обучают лживым и постыдным искусствам: они с плясунами, музыкантами и певцами ходят в школы комедиантов. Я не поверил своим глазам, но сам увидел, как в танцевальной школе 500 мальчиков и девочек, в том числе один 12-летний отрок, отплясывали такой танец, на который самый презренный раб не решился бы без стыда». Образование носило в Риме, как отмечалось, сугубо утилитарный характер. Но по мере того как шло становление системы обучения, росли потребности людей и в духовной сфере. Ведь чем выше запросы общества, тем лучше должно быть образование.
Сыновья Агриппы и Юлии: Луций и Гай
Скажем, победивший эллинов Луций Эмилий Павел, поставивший Грецию под контроль Рима, был и одним из первых, кто признал роль и значение эллинской культуры и образования. Его дети стали воспитываться на греческий лад, а за ним последовали и другие. Кратес Милосский, посол царя Аттала, читал лекции по грамматике на греческом языке (145 г. до н. э.). В конце 2-й пунической войны из южной Италии прибыл в Рим и полугрек Энний, ставший там одним из видных поэтов. Увлечение греческим языком среди римлян оказалось столь велико, что когда через десять лет греческие философы Карнеад, Критолай и Диоген, не владевшие латынью, прибыли в Рим в качестве послов, многие из молодых римлян могли слушать и понимать их лекции. Греческого посла, не владевшего латынью, в годы правления Суллы понимали без переводчика. Делаются переводы «Одиссеи» Гомера, драм Еврипида и т. д. Разумеется, ученые своими трудами способствуют внедрению латыни. Первым римским филологом стал Луций Элий Стилон Преконин (род. в 150 г. до н. э.), учитель Варрона и Цицерона. Марк Теренций Варрон пишет сочинение «О латинском языке» («De lingua latina»).
Мальчик с голубем и буллой на шее
Образование не исчерпывалось только официальной школой. Плоды мудрости и знаний собирали повсюду. Нередко на это занятие уходила вся жизнь. Однако учение само по себе крайне редко становилось целью и смыслом бытия. «Наши соотечественники, желавшие прославиться мудростью, – писал Цицерон, – всегда стремились полностью охватить все, что можно было изучить в нашем отечестве». А также и за его пределами – в Египте, Сирии, Иудее, Месопотамии. Культура распространяется вглубь и вширь среди римских граждан. Теперь уже просвещенный римлянин не скажет подобно Луцилию (II в. до н. э.): «Мой конь, мой конюх, мой плащ, моя палатка полезнее, чем философ». Растет число латинских учебников, развивается литература. На лекциях, по примеру Кратеса, читают не только Гомера, но и труды отечественных писателей: «Пуническую войну» Невия, «Хронику» Энния, стихотворения Луцилия. Возникло важное культурное явление – публичная лекция. В какой мере все это способствовало развитию образования? Очевидно, в немалой. Хотя формально эти лекции не были преподаванием для юношества, но они хорошо подготовляли юношество к чтению и пониманию классической латинской литературы. Таким образом, обозначился складывающийся образец гуманитарного высшего образования. Заметно вырос интерес к поэзии, литературе, историческому прошлому римлян.
Книжные свитки
По мере того как культура римлян, да и вообще многих латинян, росла, они потянулись к книгам… Уже во II–I вв. до н. э. в Риме появились первые частные библиотеки. Обычно книги доставались полководцам вместе с награбленными сокровищами. Луций Эмилий Павел после победы над македонцами перевез в Рим книжное собрание македонского царя Персея. Сулла отправил из Афин в Рим часть библиотеки Аристотеля, принадлежавшую Апелликону с острова Теос. Появились и публичные библиотеки. Такую библиотеку вздумал создать еще Цезарь, поручив это дело Марку Теренцию Варрону. Смерть его помешала тогда строительству. Несколько десятилетий спустя к проекту Цезаря вернулся Азиний Поллион, который и основал такую библиотеку при храме Свободы на римском Форуме. Октавиан Август открыл свою библиотеку на Палатине при храме Аполлона в 28 г. до н. э., хотя та сильно пострадала при пожаре Рима (64 г.). И хотя библиотеки часто горели, все же к царствованию Константина в Риме насчитывалось 28 библиотек. Существовали библиотеки и в иных городах.
Двустворчатый «книжный шкаф» для папирусов
