Древний свет полностью

— Я не знаю, что вам сказать… — Эти слова предназначались для того, чтобы обезоружить меня, и оказались (как я обнаружила) верны.

— Арестуйте меня, — предложила она. — Конечно, Анжади расценит это как провокацию. Или я могла бы просто остаться здесь, в Доме-источнике, как в убежище. — Она злобно ухмыльнулась.

— Если вы нужны Компании, то она заберет вас, и тогда то, где вы находитесь и что делаете, не имеет значения. Все, что я хочу знать, — это степень распространения нелегальной продажи оружия, которую разрешили вы, и где теперь это оружие. — Я сделала паузу, а затем закончила: — Какую бы преданность вы сейчас ни осознавали, некоторые вещи перевешивают. Одна из них — это перспектива возникновения здесь войны с применением средств высокой технологии.

Ее голова поднялась. Я опять увидела эти потрясающие зеленые глаза и лицо, на котором теперь было заметно какое-то чувство… не сожаление ли?

— Я ничего вам не скажу, — ответила тихоокеанка. — Это могло бы обрушить великую легенду о Линн Кристи. А насчет того, что вы угрожаете мне Компанией… Я убеждена, что хайек , все они, делают стоящее дело, а вы только болтаете попусту. По крайней мере, мне хватило смелости сражаться за то, во что верю. — Прамила улыбнулась. — Не будьте так ревнивы, мисс Кристи. Я сделала то, что вы всегда хотели сделать, но никогда не могли… связала себя с Орте. Я теперь с Сетри. Хайек — это мой народ. Многое из того, что мне пришлось делать, неправильно, но это лучше, чем вообще ничего не делать.

— Пожалуй, в этом есть доля правды, — согласилась я. — Касательно же того, что здесь неправильно, думаю, объяснять нет смысла… Уходите отсюда. Вон с моих глаз.

В куполообразном зале после ее ухода было тихо. Голоса снаружи звучали приглушенно. Сюда проникали запахи жары, мархацев и гнездовий рашаку . Солнечный свет почти незаметно переместился в послеполуденное положение, когда лучи беспощадно били в горловину Источника: сияющая вода…

Я подождала несколько минут. Но это были лишь свет и вода.

К полудню с запада по одной из дорог прибыл, подпрыгивая, вездеход. Из него вылезла Кори Мендес. Я прошла до арки входа, ощущая кожей воздух, подобный горячей воде, и увидела ее. Она отдала приказания своим офицерам, и лишь потом направилась в мою сторону.

— Я встречалась с Джэмисоном в поселении Харантиш. — Она помолчала, обводя взглядом все увеличивающееся число ортеанцев на дворе Дома-источника и в рощицах зику . Я почти увидела, как она мысленно пожимает плечами, желая отделаться от увиденного. Затем она продолжила: — Я хотела, чтобы Джэмисон проинформировал местных лидеров о том, что я намерена провести полное расследование смерти Представителя Рэйчел. К сожалению, ни эта самозваная «Повелительница», ни ее «Голос» не появляются. — Она заложила унизанные кольцами пальцы на затылок. — Я привела с собой на остров Кумиэл десять F90.

— Это две трети ваших Сил.

— Верно, — признала она.

— Если мы превысим разумную степень реагирования…

— Я не могу рисковать. Ситуация в высшей степени не стабильная. — Она бросила взгляд на вездеход. Из него вылез человек, принадлежавший, как я считала, к Миротворческим силам, но это оказался, как я увидела, Рави Сингх, исполняющий обязанности главы исследовательской группы. Корасон повернулась в мою сторону:

— Для чего вам так срочно потребовалась эта встреча и зачем было настаивать на личной встрече, а не воспользоваться связью по голографическому каналу?

Над нашими головами с шумом носились мухи хирит-гойен , взблескивая среди лозы кацсиса , взбиравшейся вверх по кирпичной кладке внешней стены.

— Это должно быть секретом, — ответила я.

Из одного флигеля более поздней постройки вышел Блейз Медуэнин, разговаривая с каким-то аширен старшего возраста. До них было слишком далеко, чтобы расслышать слова, но я увидела, как аширен прикрепил свернутое в трубочку сообщение к задним лапам рашаку и отпустил его. Они стояли, глядя ему вслед, пока тот, набрав кругами высоту, не улетел на запад, в сторону Таткаэра. Я подумала: «То, что мне известно и о чем я не могу сказать, устанавливает дистанцию между нами, между мной, Халом, Нелумом Сантилом и Кассирур…» Я смогла обнаружить такое в себе, что было за что ненавидеть Чародея.

Подвергаясь в Ста Тысячах нападениям со всех сторон, как мне помнить эти прохладные внутренние помещения Коричневой Башни? Как я могу думать о том другом, дремлющем разрушении, когда в любой миг может вспыхнуть насилие?

Рави Сингх, близоруко щурясь, подошел к нам.

— Линн, у меня есть кое-какие интересные находки.

— Какие-то новости о Рашиде или Дэвиде?

Он снова заморгал, захваченный врасплох, а затем сказал:

— Боюсь, плохие. Их требуется доставить в криокамере на Мир Тьерри. На орбитальной станции нет необходимой медицинской аппаратуры.

— Я распоряжусь. — Я взглянула на Кори. — Мир Тьерри может связаться с нами, если никто из них не сможет заговорить.

Не обращая внимания на то, что его перебили, Рави сказал: