— У эльфов, в передвижном госпитале.
— Кто у нас разбирается в андроидах, кроме Мерчисона?
— Никто, пожалуй…
— Я свяжусь с Митчеллом. Найди Р8. Пусть он срочно доставит Мерчисона сюда. Киберноид сразу же вылетел в Гондор. Лугарев поспешил в госпиталь. Все остальные наемники, Селестиэль и еще несколько эльфов были уже там. Около Беляева хлопотали две медсестрички из нолдоров, но толку от их стараний было немного. Беляев выглядел бледно. Из внутренней стороны его правого бедра торчало краснооперенное древко харадской стрелы.
— Однако… — покачал головой Лугарев. — Тебе не оторвало? Еще немного повыше, и…
— Нет. Я еще мужчина… Кажется. Хотя царапнуло острием по самому интересному, — пробормотал Беляев.
— Ладно, лежи. Р8 уже полетел за Мерчисоном. — Лугарев повернулся к Бэнксу. — Ты знаешь, как это случилось?
— Да, — скривившись, ответил Бэнкс. — Это мальчишка его подстрелил, из развалин. Рингамир и еще трое его поймали.
— Где он? Бэнкс свистнул и махнул рукой, подзывая эльфов. Рингамир и еще один эльф притащили под руки харадского пацана лет четырнадцати, не больше. Кровавая пелена афганских воспоминаний вновь взвихрилась перед мысленным взглядом Лугарева. Сколько раз такие же мальчишки в кишлаках стреляли из-за угла в советских солдат…
— Зачем ты это сделал? Парень злобно сверкнул глазами и пробормотал что-то по-харадски.
— Я отомстил за своего отца, — выдала переводящая машинка.
— У вас принята кровная месть? — спросил Лугарев.
— Да. Вы все умрете, один за другим!
— Посмотрим. Мик, Джон. Устройте-ка ему путешествие в Хриссааду с птичьего полета. Они должны запомнить, что можно делать, а что нельзя. Топхауз и Бэнкс взяли упирающегося пацана под руки и потащили к вертолету.
— Игорь, что они с ним сделают? — испуганно спросила Селестиэль.
— Не вмешивайся, Селест. Он хотел кровной мести. Он ее получит. Беляев отключил свой болевой контроллер, и ему стало немного легче. Через два часа Р8 привез, наконец, Мерчисона. Роджер быстро осмотрел раненого и решительно выгнал всех из госпитальной палатки.
— Нужна срочная операция. Готовьте инструменты, — командовал Мерчисон, моя руки и протирая их спиртом. — Прорежьте дыру в крыше, света мало. Медсестры суетились и бегали вокруг него.
— Игорь! — позвал его Гил-Гэлад. — Надо что-то делать. Иначе они действительно перебьют нас по одному. Невозможно сидеть в этих развалинах, отбиваясь от шагоходов, крабоидов, орков, да еще и от детей в придачу… Они вернулись в штаб и долго смотрели на карту, пытаясь придумать способ захватить город быстро и бескровно. Решения не было.
— Есть только один способ, — мрачно произнес Лугарев. — Вызвать В-52 и смешать весь город с дерьмом.
— А этот вирус? Нельзя ли уже сейчас переманить на нашу сторону шагающие машины Моргота?
— Рано. Слишком мало времени прошло. Вирус должен распространиться и заразить все шагоходы, иначе он не даст результатов. Со стороны госпиталя вдруг донесся хохот наемников. Лугарев удивился — момент вроде бы был явно не смешной — и выглянул в дыру, пробитую в глухой стене вместо окна. Такого он еще не видел. Мерчисон, разумеется, выгнал всех посторонних из операционной палатки, но наемники хотели быть в курсе происходящего, и нашли выход из положения. Основной модуль Т20 поставили рядом с палаткой, с другой стороны танка поставили маленький переносной телевизор. От него шел длинный кабель к видеокамере. Мартин Бейли сидел с камерой в руках верхом на стволе танковой пушки и вел прямой репортаж с места событий. Лугарев вышел на улицу и подошел ближе. На экране он увидел Беляева в плане, на операционном столе, окруженного медсестрами. Мерчисон обтирал кровь, очищая поле для работы. Медсестры вдруг конфузливо засмеялись.
— Не обращайте внимания, — послышался голос Беляева. Отключив болевой контроллер, он чувствовал себя уже почти нормально и пришел в обычное веселое настроение. — Просто ему слава ударила в головку.
Сами понимаете, свет рампы, лучи юпитеров, восторг поклонниц… Ко многим талантам при жизни относятся без должного понимания. Если бы раньше столько же прекрасных девушек были к нему благосклонны! Наемники заржали.
— Сейчас будет вынимать стрелу, — прокомментировал Бейли.
— Эндрю, сейчас будет больно, терпи, — предупредил Мерчисон.
— Так ведь контроллер отключен…
— Здесь дублирующая цепь, она включается при превышении болевого порога.
— А кричать можно?
— Можно, можно. Из палатки раздался поистине звериный рев.
— А — а — а — р — р!!!!! — Ты, врач — вредитель, родное ведь, осторожнее!!
— Вынул, обрабатывает рану, — прокомментировал Мартин. — Эндрюшя поднимает голову.
— Лежите, лежите… — пролепетала медсестра.
— Да мне не больно, мне интересно, — ответил Беляев.
— Это мне должно быть интересно, — заметил Мерчисон.
— Так ведь части-то мои, ты не на своем огороде ковыряешься!
— Все, начинают перевязывать, — сообщил Мартин.
— Неужели самим не сообразить, — устало проворчал Мерчисон. — Бинт вокруг пояса, два бинта спереди, один сзади. Не сложнее, чем гамак повесить.