5АБВФГ6-Р8 сопровождал их, тогда как два других киберноида остались с войсками Гил-Гэлада. Оставляя их в Хараде, Лугарев мог не беспокоиться за эльфов: союзники были в надежных руках. Четырнадцатого октября Селестиэль вновь ступила на стальные плиты взлетно — посадочной полосы, которую не видела три месяца. Всего лишь три месяца! Обычно для эльфов такие промежутки времени пролетали так же быстро, как дни для людей. Но не на этот раз. Со времени их отплытия в Валинор произошло столько невероятных событий, что то, что было всего лишь три месяца назад, казалось ушедшим в далекое прошлое. База сильно переменилась с тех пор: появилась вторая взлетная полоса, шедшая под острым углом к первой, новые рулежные дорожки и стоянки с твердым покрытием, но над всем этим хозяйством доминировало стальное угловатое сооружение поистине титанических размеров: Лугарев объяснил ей, что это передвижная крепость киберноидов — боевой пост 8НВР3. Митчелл встретил их на полосе.
— Идем скорее, тут у нас частенько постреливают. Надо было посадить вас на вертолетную площадку крепости, но там сейчас стоит вертолет одного типа из Вечности. Он привез интересные новости, я просил его подождать с докладом до вашего прилета.
— Ты очень любезен, Митч, — ответил Лугарев. Они шли по казавшимся бесконечными коридорам боевого поста.
Митчелл делился на ходу последними новостями. Из-за поворота коридора навстречу им вдруг выскочил мальчишка в ярко — красной кепке с эмблемой «Феррари» на лбу и кинулся к Лугареву:
— Игорь! Вернулся! Лугарев с трудом узнал в нем Кевина. Ученик Советника был на сей раз наряжен в джинсы с бахромой, адидасовские кроссовки, а на черной футболке красовалась рожа какого-то монстра из мультфильма и надпись «PINK FLOYD».
— А поворотись-ка, сынку, — не веря своим глазам, произнес Лугарев. — Экой ты смешной какой! Кто это тебя так обрядил?
— Мария! — с гордостью ответствовал Кевин, несколько удивленный реакцией Лугарева.
— М — да… В кабине истребителя ей, конечно, нет равных, — сказал Лугарев, — но в воспитании детей она ни черта не понимает. К тому же надо хоть для видимости соблюдать требования режима. Правила запрещали без особой необходимости вмешиваться в ход событий на других линиях времени, не входящих в обслуживаемую Вечностью торговую зону. Особенно это касалось передачи материальных предметов и информации с линии на линию. Впрочем, решил Лугарев, здесь вмешательство Вечности уже давно перешло тот уровень, при котором Служба Хронобезопасности обращает внимание на подобные нарушения. Никто не обратит внимания на кроссовки, когда на головы местных жителей ежедневно приходится сбрасывать сотни тонн бомб. В конференц — зале крепости новоприбывших шумно приветствовали остававшиеся в Минас-Аноре наемники из команды Митчелла. Здесь также были Бартон, Голдштейн, и незнакомый Лугареву деятель, представившийся как Рэй Шеннон, аналитик Объединенного Комитета начальников штабов. Он спешил, поэтому Бартон был вынужден прервать процедуру приветствия. Все расселись на могучие и жутко неудобные сиденья, рассчитанные, видимо, на стальные зады внутренних модулей киберноидов.
— Леди и джентльмены, — начал Шеннон, и Селестиэль отметила его учтивость, так как к категории «леди» из присутствующих относилась только она. — Я должен сделать несколько сообщений различной степени важности, но должен предупредить, что все они секретны. Итак, первое. План коммодора Бартона рассмотрен и одобрен Координационным Советом. По рекомендации коммандера Лугарева установление предварительного контакта с империей Таргонов поручено командиру эскадрильи Марии Пирелли. О развитии событий будет сообщено дополнительно. Попутно хочу поздравить коммандера Лугарева с присвоением чина подполковника. Присутствующие зааплодировали.
— Давно пора, — буркнул Митчелл. — Нас уже всех давно повысили, один ты остался.