— Кори, я хочу также, чтобы на нем присутствовал
— Я прикажу моим людям связаться с ним.
Мы говорили и о других вещах. Я притворялась, что компетентна; не знаю, что я при этом говорила. Наконец, без всякого предупреждения, вставка на головизоре превратилась в изборожденное шрамами лицо Блейза Медуэнина, стоящего в солнечном свете на Северном Прочном. Охрипшим от усталости голосом он разговаривал с одним из младших офицеров Кори. От схлынувшего напряжения у меня на глаза навернулись слезы, но я сдерживалась.
Я не пошевелилась, чтобы поговорить с ним. Четкость изображения оставляла желать лучшего, но позволяла разглядеть пятна черной крови на
Восемь часов тянулись мучительно медленно. Я ела, спала, говорила с офицерами Миротворческих сил о смерти Сетри-сафере в Мелкати и о том, что это могло теперь означать. F90 и YV9 улетели для дозаправки, затем вернулись. Безжалостно палила звезда Каррика, и возникшая от жары дымка словно вуалью закрывала устье реки; тепловые датчики отслеживали передвижения находившихся внизу людей: на материке, на островах, на
После долгих усилий мне удалось наконец установить связь с Мелкати, с исполняющим обязанности главы исследовательской группы Рави Сингхом. Его изображение на экране головизора недоуменно щурилось: нет, в Доме-источнике Ашиэл ничего не случилось, в Римните и Кеверилде тоже все спокойно.
— Я перенесу нашу базу на остров Кумиэл, — сообщил он. — Не вижу никакой причины здесь оставаться. Все указывает на использование местного оружия низкого уровня технологии, возможно, и какого-нибудь земного, среднего уровня; я не вижу применения чего-либо иного. Вы разрешите мне вернуться на орбитальную станцию? У меня есть исследовательская программа, которую я мог бы там продолжить.
Я что-то удачно ответила на одном из ортеанских языков и закончила сеанс связи. «Что потребуется, чтобы пробиться к тебе через эту вату?» — подумала я. Но дала разрешение. И еще раз связалась с орбитальной станцией.
— Посол правительства по-прежнему находится на регенерации тканей. — Врач Кеннавэй, пожилая чернокожая женщина, улыбнулась, узнав меня. — Мисс Кристи… Я сообщу вам лично, как только будет что-то новое.
После этого разговора я на несколько минут подсела к головизору. Поможет ли теперь чем-нибудь разговор с Нелумом Сантилом, Халтерном или Кассирур? Разве то, что они видят на уровне земли, отличается от изображений, передаваемых спутниками, и есть ли там еще что-нибудь, что можно ощущать и что нельзя обнаружить иначе, как через эту врожденную связь с землей?
Послышался сигнал небольшого бортового переговорного устройства, прервавший мои размышления. Я нажала клавишу, и на дисплее передо мной появилось лицо молодой тихоокеанки, одной из старших офицеров Кори.
— Командор Мендес желает срочно видеть вас, — произнесла она.
Снаружи, у «челнока», с группой офицеров Миротворческих сил стояла Корасон Мендес. Дымка рассеялась, хотя воздух по-прежнему был влажен; комбинезон лип к телу. В воздухе висел сильный запах гари, но ветра, который относил бы ее, не было, и сквозь полумрак цвета сепии напротив узкого пролива виднелся остров: безнадежно пылавший Малый Морврен. Под нами, на берегу, все еще лежало несколько лодок из использовавшихся для массовой эвакуации.
Подойдя к группе, я увидела там ортеанцев. Коренастую фигуру Блейза Медуэнина, элегантного и стройного Хассие Андрете и еще пятерых или шестерых в одеждах жителей Свободного порта… но ни одного в мантин-
— Это ваше дело, не мое, — без предисловий сказала Корасон. — Я не обсуждаю вопросов о компенсации.
— Компенсации?
Житель Свободного порта, который был старше остальных в этой группе, сказал с иронией:
— Речь идет о гавани Северного Прочного,
— Думаю, это преждевременно — обсуждать восстановление на данном этапе, — ответила я. Глаза старого ортеанца прикрылись перепонками и снова прояснились. Я подумала: «Выражает ли это иронию, гнев или печаль, или же все вместе?»
— Вы не понимаете меня,
Более молодой мужчина со сбритой гривой прервал его:
— Не только гавань! Вы сажали здесь ваши корабли на землю и на отмели реки Ай; вы оскверняете земли
