Я шагнула внутрь небольшой комнаты. Сквозь щелевидное окно просачивался свет, воздух был горячим. Когда я вошла, с придвинутой к стене небольшой кушетки поднялась и спустила на пол ноги тихоокеанка. На ступнях кровоточили рваные раны, глубокие царапины виднелись на ногах и руках. Она все еще была одета в мантию-
— Где он? — спросила она.
— Где кто? — И тут я поняла. Я села рядом с ней на край кушетки. — Вы имеете в виду Сетри-сафере?
— Я имею в виду его тело.
— Думаю, его забрали на орбитальную станцию. — Мне показалось, что было бы бестактно сообщать, что это сделано с целью провести вскрытие.
— Я хочу его видеть.
— Прамила, я могу это понять. Я устрою это, если смогу. Мне нужно также принять и иные меры, вы понимаете? Компания предпримет дисциплинарные меры…
— Меня это не волнует.
Она уткнулась головой в ладони, перебирая пальцами грязные волосы. Очертания спины выдавали невероятное напряжение: Прамила держалась единственно усилием воли. В этом тусклом свете мне не было видно, плакала ли она. Когда она выпрямилась, ее лицо выражало сильное потрясение, отчаяние.
— Вряд ли меня волнует даже то, что происходит с Джадуром, Чаразир и Виррин-хил, а он назвал бы это не заслуживающим внимания… Что же касается Компании, то я… — Она схватила меня за руку. Ее ногти были поломаны и кровоточили — Нас всегда предупреждали, что мы не должны впутываться в их дела. Не так ли? Мисс Кристи, я впуталась. Его люди — это мои люди, неважно, что я сейчас сказала. Вот почему я здесь.
— Вы можете провести меня к кому-нибудь, кто мог бы говорить от
— Не знаю. Попытаюсь. Я… было нелегко уйти. Существуют вещи, о которых вы должны были бы знать. — Она посмотрела в сумрак. Из-за жары она была в поту; утерев лицо, она размазала бледными полосами по желтоватой коже покрывавшую его пыль.
— Кассирур права. Вы тоже были правы, — согласилась я. — Я могла бы сделать то, что сделали вы. Возможно, я должна была бы это сделать.
— Да. — В ее голосе не чувствовалось ни капли сожаления. Она отпустила мою руку и провела ладонями по лицу. — Компания должна знать только об одном — о размерах торговли оружием. У нас была также возможность доставлять материалы из Мира Тьерри. Я сообщу вам подробности. Мисс Кристи, я скажу вам все, что вам нужно знать. Его люди — это мои люди; и мне все равно, что делать, но я остановлю Кель Харантиш и эту женщину…
— Калил?
Она встала. На ногах она держалась нетвердо, покачивалась, и я встала, взяла ее за локоть. Она освободилась, стряхнув мою руку. Молодая женщина, едва способная стоять на ногах, — она взглянула на меня, и ее лицо пылало ненавистью.
— Ее и ей подобных. Сетри, возможно, сделал меня частью своего
— Найду ли я какую-нибудь группу, с которой можно провести переговоры в Римните или Кеверилде?
Ожидая ответа, я испытывала почти болезненное чувство сопереживания и думала: «Этой молодой женщиной, изможденной, грязной и полной непонятной решимости, женщиной, которая силится заставить себя идти дальше, которая страдает от утраты, — ею могла быть я. Если бы только у меня хватило духу довериться своим инстинктам. И я могла бы страдать от подобной утраты. Однако, несмотря на все, не походит ли то, что я ощущаю, на зависть?»
— Держитесь подальше от Мелкати, — сказала наконец она. — Где другие корабли? Если сможете их найти, то знайте, что там есть некоторые
Блейз сказал: «Они, вероятно, убьют любого, кого бы вы ни послали к ним для личных переговоров». (А разве он в Морврене в большей безопасности?)
— Вы сможете еще немного продержаться на ногах? — спросила я. — Я намерена сама вступить в контакт с кораблями
Прамила Ишида сказала:
— Плевать мне на Компанию, на все Компании и на всех нас тоже. Да, я пойду с вами.
Когда мы выходили из небольшой комнаты, Говорящая-с-землей Кассирур на мгновение задержала меня. Она подтолкнула вперед юное черногривое
— Передавайте сообщения с этим