– Ну, Ческа, как вы сегодня себя чувствуете? – улыбнулся ей через стол доктор Кокс.
– Нормально, – ответила она.
– Славно, славно. Вы уже освоились тут?
– Наверное, но я бы хотела домой.
– В Марчмонт?
– Да.
– То есть вы считаете своим домом скорее Марчмонт, чем квартиру, в которой жили в Лондоне с матерью?
Ческа уставилась на стоящие на полке фигурки и не ответила.
– Вы не хотели бы рассказать мне о своей матери, Ческа?
– Я однажды снималась в одном фильме, там был психиатр.
– Правда?
– Да. Он пытался заставить всех вокруг поверить, что его брат сумасшедший, чтобы он мог запереть его в больнице и получить его деньги.
– Но кино – это же не настоящая жизнь, Ческа. Это фантазии. Никто не говорит, что вы сумасшедшая. Я пытаюсь вам помочь.
– И тот психиатр в фильме тоже так говорил.
– Хорошо, давайте тогда поговорим о ребенке. Вы знаете, что у вас будет ребенок, да?
– Ну конечно знаю! – огрызнулась она.
– И как вы к этому относитесь?
– Я очень рада.
– Вы уверены?
– Да. – Она заерзала на месте и посмотрела в окно.
– Ну, тогда вы понимаете, что должны очень хорошо заботиться о себе. Не пропускать приемы пищи. Вы должны помогать вашему ребенку расти как следует.
– Да.
– А как вы относитесь к тому, что будете растить ребенка одна, без отца? – спросил он.
– Но у моего ребенка есть отец, – уверенно ответила она. – Мы с ним поженимся, как только он вернется из Франции.
– Ясно. Как звать вашего… э-э-э… вашего друга?
– Бобби Кросс. Знаете, он очень известный певец.
– А как ваша мать относится к тому, что вы собираетесь замуж?
Ческа снова проигнорировала вопрос.
– Ладно. Думаю, на сегодня достаточно. Завтра мы встретимся снова. Да, кстати, сегодня у вас будет посетитель. К вам придет ваш дядя.
Ее лицо озарилось искренней улыбкой.
– О, как чудесно. Он приедет, чтобы забрать меня в Марчмонт?
– Нет, еще не сегодня. Но обещаю вам, что очень скоро.
Он нажал кнопку звонка на столе, и в дверях появилась сиделка.
Ческа поднялась.
– До свидания, – сказала она и вслед за сиделкой вышла из кабинета.
В тот же день Дэвид тоже зашел в кабинет Джона Кокса.
– Ну, как она? – спросил он.
– Как я уже говорил вашей матушке, я считаю, что заметно лучше. Она, безусловно, стала лучше реагировать, чем это было две недели назад. Она замечает гораздо больше всего, что происходит вокруг нее. Но все еще отказывается говорить о матери. Трудно определить, считает ли она Грету живой или мертвой. Она все еще в коме?
– Да. На текущий момент никаких перемен.
– Вам, должно быть, очень тяжело, мистер Марчмонт.
– Я стараюсь, – ровным голосом ответил Дэвид, не желая подвергаться психиатрическому анализу своего состояния. – Возможно, в данных обстоятельствах было бы лучше не давить на Ческу в отношении ее матери? В конце концов, даже если она признается, что помнит аварию, видеть Грету в таком состоянии – лежащей в реанимации – навряд ли будет для нее утешительно.
– На данный момент у меня есть искушение согласиться с вами, – со вздохом сказал доктор Кокс. – Также Ческа сегодня утром сказала мне, что они с Бобби Кроссом собираются пожениться, как только он вернется из Франции.
– Это может означать, что Грета все же не успела рассказать ей про Бобби до аварии.
– Как знать? Я бы предположил, что следующим нашим шагом будет дождаться родов – а там будет видно.
Дэвид постучался в комнату Чески.
– Войдите.
Он нашел ее сидящей в кресле у окна.
– Привет, дорогая, как ты тут?
Она с улыбкой повернулась к нему.
– Привет, дядя Дэвид. Ты приехал забрать меня домой?
Он подошел и поцеловал ее в щеку.
– Ты стала гораздо больше похожа на себя прежнюю. И как приятно видеть тебя одетой.
– Да, я в порядке. Только очень хочется знать, когда уже можно будет домой. Бобби будет волноваться, где я. – Лицо Чески внезапно омрачилось. – Знаешь, дядя Дэвид, мне снился сон. Ужасный. Кто-то говорил мне, что Бобби больше не любит меня, что он женат и у него есть свои дети и это значит, что он не может жениться на мне. Это же был только сон, правда, дядя Дэвид? – Ее глаза отчаянно искали в его лице подтверждения. – Бобби любит меня, правда же?
Дэвид с трудом сглотнул и кивнул.
– Ну, как можно тебя не любить? А теперь давай-ка обними меня. – Он обхватил ее руками и ощутил, какая она худенькая. – Эй, да ты стала совсем тощей, юная леди. Ты должна набирать вес, а не терять его.
– Я знаю. Прости, пожалуйста. Скажи Бобби, я теперь буду хорошо есть. А что со свадьбой, дядя Дэвид? Нам же правда надо пожениться до того, как родится ребенок.
– Тут очень красиво, правда? – Дэвид отошел к окну, отчаянно пытаясь сменить тему, потому что не знал, что ей ответить. – Такой красивый сад. Тебе надо пойти прогуляться. Свежий воздух пойдет тебе на пользу.
– Да, тут красиво, – согласилась Ческа, следуя взглядом за Дэвидом. – Но некоторые люди тут просто сумасшедшие. По ночам, когда я пытаюсь заснуть, я слышу, как они стонут. Это просто ужасно. Я бы хотела жить в Марчмонте.
– Чем лучше ты будешь следить за собой и делать то, что говорит доктор Кокс, тем скорее я смогу забрать тебя домой. Ты не хочешь, чтобы я принес тебе что-нибудь, пока ты еще тут?
