— До старости еще дожить надо, Владимир Кириллович. Что случилось все-таки?
— Пока ничего. — Варавва, морщась, проглотил таблетку анальгина, запил водой, помассировал ладонью шею. — Но если мы будем продолжать копать дело о взрыве в прежнем темпе, что-нибудь непременно случится. Напрасно ты засветился с этим физиком из ФЭИ. На кой это тебе понадобилось? Знаешь, чем он занимается?
— Нет. Чем?
— Разве Полторацкий тебе не говорил?
— Нет.
— Раздолбай! Этот физик уже пять лет сидит в Криптозоне, изучает Башню и ее эффекты. Он редко появляется на свободе, а ты взял его и достал.
— Ну и что? Что тут такого криминального? Мы говорили о физических явлениях…
— Да о чем бы вы ни говорили, он — закрытый специалист! И мне уже звонили
— Чепуха какая-то! Мы действительно говорили о разных физических теориях и эффектах. К тому же меня познакомил Полторацкий, я не сам на физика вышел. Что же получается, я не имею права контактировать с нужными следствию специалистами?
— Имеешь, но не со всеми и только по согласованию. Короче, мне дали понять, что расследование взрыва в ресторане надо закрыть. Улавливаешь?
— Велики чудеси твоя, господи! — усмехнулся Руслан. — Вся эта мышиная возня начальства только подтверждает мою уверенность в том, что причина взрывов компьютеров нетривиальна, что в нашем мире что-то происходит на тонком уровне, а если кто-то это замечает, его начинают бить по рукам и отстранять от дела. Не так?
— Может, и так. Умный ты больно, капитан, весь в отца пошел, даром, что не рыжий, как он. — Варавва поморщился еще раз, достал из сейфа плоскую металлическую флягу, налил в колпачок прозрачной коричневой жидкости, выпил.
— Хочешь глоток? Коньяк. Молдавский.
Руслан отрицательно качнул головой.
— Тогда иди работай.
— То есть иди и сочиняй отчет об отсутствии состава преступления?
— Как раз наоборот: ты должен найти преступника, террориста или конкурента хозяина ресторана, которому была выгодна его смерть. Улавливаешь?
Руслан с изумлением посмотрел на полковника.
— Но ведь никакого конкурента не было, в телевизоре сам собой взорвался микрочип…
— Начальству нужен преступник — найди его! В противном случае нас с тобой уволят к чертовой матери за служебное несоответствие. Ты этого хочешь?
— Нет. Но и готовить «липу», искать несуществующего преступника, не хочу и не буду.
— Я все сказал. — Варавва движением бровей показал Кострову на выход, снова налил себе коньяку. — Иди.
Костров направился к двери.
— Стой!
Капитан остановился, оборачиваясь.
— Ты прав, — сказал Варавва трезвым голосом. — Нельзя подставлять ни в чем не повинного человека. Мы призваны защищать народ от террористов, а не спасать собственные задницы от гнева начальства. Делай то, что считаешь нужным, я подпишу твой отчет. Теперь иди.
— Спасибо, Владимир Кириллович.
Руслан щелкнул каблуками и вышел из кабинета в смятении чувств, унося в душе тоскливый взгляд Вараввы, понимавшего, чем он рискует. Поужинал в столовой Управления, еще раз встретился со своим замом старлеем Маркиным и поехал домой.
Вечер прошел в каком-то безрадостно возбужденном состоянии. Руслан не понимал, чего хочет душа, пока не сообразил — общения с женщиной! И тут же зазвонил телефон.
— Руслан? Извините, что я так поздно… вы меня вчера подвозили, помните?
— Надежда?! — не поверил ушам Костров. — А я только что подумал о вас! Прямо наваждение какое-то! Где вы?
— Дома. Не хочется проводить время в одиночестве. Не желаете составить мне компанию?
— Диктуйте адрес.
— Лучше давайте погуляем по берегу водохранилища, вечер такой чудесный.
— Давайте, — легко согласился Руслан, начиная лихорадочно соображать, что надеть на себя. — Где вас ждать?
— Напротив дома, на углу, где начинается асфальтовая дорожка на берег. Через десять минут.
Руслан несколько мгновений вслушивался в зачастившие в трубке гудки, не веря безусловной удаче, потом опомнился и помчался переодеваться.
Надежда появилась из подъезда в бело-голубом платье и босоножках на модном каблуке — ложечкой. Руслан галантно поклонился, поцеловал ей пальцы, и они направились по дорожке к берегу водохранилища, освещенному редкими фонарями.
Настроение у девушки действительно оказалось минорным, хотя она и пыталась бодриться, и Руслан, поощренный улыбкой фортуны, постарался его улучшить, превзойдя себя по части шуток и веселых историй, половину которых он выдумал на ходу. В конце концов его усилия не пропали даром, Надежда развеселилась, и вечер прошел весьма мило и непосредственно, как в юности, когда молодому Кострову очень хотелось произвести впечатление на одноклассницу, влюбленную, как было известно всей школе, в другого парня.
Они гуляли по набережной, спускались к воде, бросали камешки, потом сидели в кафе на улице Свободы, танцевали и снова гуляли по тихим и немноголюдным в это время улочкам Тушина, находя массу тем для разговоров.
