— Нормально! Мы тут тоже не загораем. Так что тебе нужно, Джек?
— В вашу сторону вылетел Богомол. На борту были дети. Где он?
Прозвучал очередной взрыв. — Да сука! Был Богомол! Был!
— В смысле, бл*ть, был?! — мой взгляд аж прикипел к передатчику. Еще немного и я был готов его трясти, чтобы получить ответы.
— На радарах был! Не долетел! Сигнал пропал где-то севернее базы в лесах, там сейчас целое море имперцев. Мы отправляли туда спасательный отряд, но никто не вернулся.
— Есть возможность скинуть координаты?
— Хах, да без проблем, только ты в обмен сбрось мне коды доступа, чтобы мы тебя на экранах видели.
— Скажи куда нажать. — пробежался глазами по панели, которая сплошь состояла из разноцветных тумблеров и лампочек. Конечно же, можно сказать, мол, чё ты, Джек, тупой такой, все ж интуитивно и понятно! А вот хрен там чего понятно! Есть короткие аббревиатуры, но пойди пойми что они значат.
В общем, Гало мне все-таки объяснил как и что сделать и даже рассказал, как на карте увидеть сброшенные им координаты. После того как я тупил минут десять, он окончательно убедился в том, что я не имперец. Сказал, что не бывает настолько тупых инквизиторов, либо я очень качественно играю роль. Спасибо, бл*ть, за комплимент. В конце я ему вкратце обрисовал ситуацию в храме, что с детьми все в порядке, а сама джедай жива и почти невредима. Про тип ее ранения я тактично промолчал.
– “Какой план, Джек?”
Я тяжело вздохнул.
— Вытаскиваем Сайру, потом собираем всех в кучу и пытаемся вывезти с планеты. — неохота мне в массовых замесах участвовать. — Затем берем корабль помощнее и валим нахер спасать Фелицию.
– “Звучит просто”.
— Я надеюсь, что оно и будет просто. Одно только радует…
– “Что?”
— Хех, драконы тут не водятся.
В ответ Хон усмехнулся, а я перевел двигатель в режим овердрайва и устремился к месту крушения Богомола.
Пока капитан Джек продолжал свой полет к базе повстанцев, хонкай развлекался по-своему, а если конкретнее, то раскладывал игральные карты. Это был не самый хороший способ скоротать время, и всё-таки было в пасьянсе что-то медитативное и успокаивающее, что заставляло возвращаться к нему вновь и вновь.
За окном, как всегда, светило солнце, зеленела травка. В мыслекомнате царила относительная тишина и порядок.
— Шестерка треф… шестерка… хм… — Хон задумался, разглядывая карты. — Ах, вот ты, где! Иди-ка сюда. Так, а ты вот сюда, а ты… — розовая линзахонкая уставилась на пиковый туз, которому подходящей пары пока не находилось. — Опять двадцать пять! Хотя… Точно! Вот это мы положим сю…
И только партия сдвинулась с мертвой точки, только Хон собирался положить карту на свое место, как неожиданно откуда-то со стороны прозвучал дикий, абсолютно ужасный по своей картавости рёв, за которым последовал грохот. Удар, и стол вместе с незаконченной партией в пасьянс улетел через дыру в стене на лужайку. Последняя карта так и осталась лежать в руке хонкая.
— "ДОЛЬКА КЛУШИ-И-ИТЬ!" — маленькая жесть вскинула ручки к потолку, зарычала, а затем, не обращая внимания на своего дядьку, пошла измываться над подушкой. Била её кулаками, что-то кричала на своём тарабарском. Попыталась пнуть, промахнулась, крутанулась вокруг своей оси и шлепнулась на задницу. Однако это вообще её ни грамма не остановило и уже через минуту, когда вся комната была усыпана перьями, вооружившись деревянным паровозиком, пошла рассказывать за жили-были плюшевому медведю.
Впрочем, глядя на этот мрак, Хон даже бровью не повёл. Возможно, по той причине, что у него нет бровей, но суть заключалась в том, что он уже привык к подобным выходкам мелкой засранки.
Хонкай тяжело вздохнул, проводя взглядом пролетающую мимо лапу медведя.
— Джек…
***
О том, что мы приближаемся к пункту назначения, мне подсказали маленькие мелькающие точки на горизонте. Одни из них просто парили над землей, другие поднимались и терялись в облаках, третьи наоборот спускались на землю. Очевидно, это были корабли, причём большая часть — транспортные. Вторым явным признаком для меня была карта местности, и последняя, пожалуй, самая важная и показательная — это Долька.
— "Джек… Джек, ау!" — Хон вывел меня из лёгкой дремы.
— Что?
— "У тебя дочь светится. Прямо как урановый стержень. Ещё стучит зубами, злобно хохочет и крушит всё вокруг."
А я чё сделаю?! Могу только посочувствовать. Себе. Потому что Дольке это, похоже, вообще никак не мешает, и даже наоборот.
— Долька, ты там как? Всё нормально?
— "Чувствую место силы. Своё святилище. Элемент войны. Много." — в тоненьком шепелявом голоске слышалась неподдельная радость.
— Только с ума не сходи. Или хотя бы предупреди, если соберёшься что-то колдовать.
Вместо ответа прозвучал непрерывный стук маленьких зубов, а затем гаденькое хихиканье.
— "Постараюсь, но ничего не обещаю. Хочу творить чудеса. Много чудес. Энергии много. Чудес тоже надо много."
