— На счет три.
— Три!
Двери распахнулись и оба отряда устремились внутрь с винтовками наготове. Правда, один из них уже держал гранаты в руках, но не суть.
— Какого… — вырвалось у командира отряда “четверки”.
— Это за херня?!
— Оно живое?
В общем-то, все присутствующие удивились, когда увидели то, что стояло посередине зала. Если точнее, то это был огромный мясистый пульсирующий ком, в котором угадывались части военной формы империи, включая штурмовиков. Они были свалены и спрессованы в одну кучу и, как вишенка на торте, связаны какими-то тошнотворными белыми жгутиками, напоминавшими корешки растений.
— Не знаю… — штурмовики принялись обходить ком по кругу. — Но выглядит отвратительно. Как думаете, объект внутри?
— Если есть желание, можешь проверить.
— Пожалуй откажусь.
— Я так и думал. Так, парни, минируем это дерьмо и выходим.
Не желая задерживаться в этой жуткой комнате с этим жутким мясным шаром ни секундой большой, солдаты принялись спешно размещать заряды, аккуратно вдавливая каждый на несколько сантиметров вглубь податливой поверхности.
— Твою же, как же оно противно хрустит.
— Меньше слов больше дела!
— Закончили с этой стороной.
— Мы тоже! Выходим, быстро!
Разместив последний заряд, оба отряда рванули со всех ног наружу.
— Все двери закрыты?
— Так точно!
— Подрыв на счет три, готовы?
— Так точно!
— Три!
Раздался взрыв. Казалось, что весь корабль тряхнуло от мощной ударной волны. Моргнул, а затем и вовсе потух свет.
Штурмовик из отряда ноль-три-восемь, нервно огляделся и покрепче сжал свою винтовку.
— Как думаете… это убило его?
— Сейчас проверим. — ровным и спокойным голосом ответил командир отряда. — Включить фонари, заходим.
Открыв первую гермодверь, отряд тут же столкнулся с последствиями взрыва. В целом коридор был цел, за исключением разбитых светильников и выбитых со своих мест панелей. Больше всего пострадала следующая гермодверь, которая приняла на себя всю силу взрыва.
Одну створку выгнуло во внутрь, другую выбило с креплений и она провалилась на десяток сантиметров вниз, встав на искосок и оставив после себя неровную щель.
— Третий, проверь, остальные прикрываем.
Третий, к слову, не очень был согласен с таким решением, но кто его будет спрашивать.
Стараясь сильно не шуметь, штурмовик аккуратно переставлял ноги по направлению двери. Шаг за шагом, держа дверь под прицелом, готовый выстрелить в любую секунду. Наконец, переборов страх, он заглянул в щель.
— Что там? Докладывай.
Луч фонаря разрезал царившую в помещении тьму.
— Хех, ничего. Похоже мы его прикончили. Вижу много прожаренного мясо. Тут буквально всё в этом мясе. Сплошные ошмётки, драть его… Все стены в ошметках.
— И всё?
Третий попытался толкнуть заевшую створку гермодвери, но та засела намертво.
— Да… всё… как вы и сказали, командир. Термический детонатор не по зубам оказался ублюдку! Хе-хе, все зубы на стенке оказа… гмх!
Внезапно что-то вырвалось сквозь щель в двери, обвилось вокруг шеи штурмовика, а затем с силой дернуло. Шея солдата поддалась и прошла сквозь узкое пространство, к сожалению для штурмовика, голова и туловище оказались не такими проворными и остались снаружи.
— Помо… агх-х!
— Огонь! Стреляйте! Убейте его! Штаб, объект жив! Повторяю, объект жив!
Шлем с глухим стуком упал на пол, темноту коридора разом озарило десятком выстрелов. Каждый выпустил по целой обойме, когда все стихло.
— У-у-у кого-нибудь еще есть т-т-т-термический детонатор?
— Я пустой.
— Я тоже.
Остальные покачали головой и в этот момент из злосчастной щели показались когтистые пальцы, а следом с протяжным воем металлические створки стали разъезжаться в стороны. Трудно было понять насколько сильным было то, что скрывалось за дверью, однако, глядя на оно рвет гермодверь словно бумагу, можно было смело утверждать, что это как минимум не человек.
Однако же…
— Добрый вечер, господа. — прозвучал красивый глубокий мужской голос, который резко контрастировал с текущей ситуацией, а от того, создавал ощущение некоего сюра. А следом за этим, из темноты проема показался его обладатель.
Он был значительно выше и шире любого обычного человека, но с какими-то до ужаса правильными и до миллиметра выверенными пропорциями. Выточенные, словно из камня, острые и угловатые черты лица. Длинная и на вид тяжелая грива абсолютно седых волос. Ноги закованы в ослепительно белоснежную броню, которая создавала ощущение массивных костяных наростов. Обнаженный в меру накаченный торс с бледной кожей.
— Стреляйте! — в одно горло заорали командиры отрядов и тут же обоих пригвоздило к потолку.
Темный коридор наполнился звуками выстрелов и отсверками заряженных энергией снарядов.
Каждый второй попадал точно в цель. Штурмовики видели как снаряды ранили существо в грудь, плечи, но даже и следа не могли оставить на его коже. А он всё улыбался и подходил ближе. С такой, сука, правильной и красивой улыбкой, от которой почему-то кровь в жилах стыла.
***
— Хех, так жжёт, а так… не жжёт. — я снял покров с руки и снова коснулся светового клинка. — Так жжёт… — надел покров. — А так не жжёт. Охрененно.
