В любом случае, Эдна и несколько высокоуровневых Вальтхорнов были первой группой, отправившейся в глубины. Там были вещи, которые я не мог видеть или читать; моё зрение в конце концов было в основном ограничено моим духовным чувством и чувством земли моих корней. Они спустились в город Маргмар, чтобы помочь расшифровать, что там происходит.
У меня были специализированные жуки-шахтёры, созданные для перевозки камня и разрушения грунта, чтобы моим корням было легче расчищать путь. Эти шахтёры не предназначались для перевозки людей, но мои ранние версии жуков-носильщиков не подходили для глубин, где не было света. Поэтому нам пришлось их модифицировать.
— Это гораздо глубже, чем я ожидала, Эон, — заметила Эдна, когда жуки непрерывно спускались под землю в течение недели. Я мог бы их телепортировать, но в чём тогда смысл? — Сколько таких туннелей? Ты их сделал, или они всегда здесь были?
— Я их сделал.
— Понятно. — Эдна замолчала. Жара глубоко под землёй значительно усилилась, и она активировала несколько личных предметов комфорта. — Что мы здесь видим?
Первым, конечно, были жилы Чернозвёзда. На этой глубине их было очень много. Она и небольшая группа Вальтхорнов, совершивших путешествие, отдыхали там день и осматривали жилы. На следующий день они спустились дальше.
Город Маргмар был гораздо более впечатляющим, но, что странно, в тот момент, когда они вошли в его окрестности, появились големы и атаковали их. Они легко отбились от них, но там были некоторые защитные механизмы, которые распознавали людей, но не деревья.
Хах. Снова люди забыли, что деревья в этом мире могут убивать.
Они провели гораздо больше времени в подземном городе и жили там несколько недель.
На поверхности наше обучение продолжалось, и мы оценивали производительность наших Вальтхорнов второго поколения. Это означало, что их родители также были Вальтхорнами, и у этих детей был какой-то вариант навыка Благословение Древа Душ. Большинство из них присоединились к нам за последние пять лет, и все они родились примерно десять-двадцать лет назад.
В каком-то смысле, эти дети были моими другими ставками. Я не видел причин обременять семью Лозанны новыми битвами и схватками, если они этого не хотели. Арлиса, будучи той ещё ленивой бездельницей, тоже особо не старалась.
Их было несколько. Каким-то образом их возраст был очень близок, всего три-пять лет разницы. Несколько из них были амбициозны, поэтому мы поддержали их амбиции, предоставив им специализированную подготовку, специальные места в подземельях. Это попахивало фаворитизмом, но в то же время, не было смысла терять тех, кто обладал нужными навыками. Эти юные подростки вкладывали часы и достигли пятидесятого уровня за два года.
Это было так же быстро, как у Лозанны, даже быстрее, учитывая, что они начинали с однозначных чисел. Следопыты, Меткие Стрелки, Рыцари и Маги. Они также обладали некоторыми другими унаследованными навыками, которые давали им определённые преимущества, которых не было у Лозанны.
Продукты небольших деликатных подталкиваний, генетических манипуляций и маленьких стимулов в младенчестве. Я уже чувствовал, что их потенциал и пределы уровня будут выше, чем у предыдущего поколения.
Идея спартанского поколения не была столь надуманной. Мы уже проводили глубокие сканирования маленьких детей многих Вальтхорнов и знати. Большинству из них я ничего не делал, но для некоторых я пытался использовать свои силы, чтобы укрепить их раньше, пробудить.
Я хотел посмотреть, как далеко я смогу их продвинуть; через несколько десятилетий эти юнцы станут моими стодвадцатипятиуровневыми. Если унаследованные навыки можно будет накапливать многократно, это сделает последующие поколения значительно сильнее.
8
ГОД 163
“Мы не можем ждать, — снова настаивала Лозанна перед советом. — Разломы могут появиться в любой момент, в любую секунду.
Я ощущал едва уловимые искажения пространства; мои магические сенсоры уже стали острее и чувствительнее к мане пустоты.
— Будет много смертей.
— Не вижу причин для нашей помощи. Ведь есть ещё два живых героя, не так ли? Мы должны беречь свои силы, — говорила группа скептиков. Черепахи.
— Я согласен с этой точкой зрения, леди Лозанна. Настоятельно рекомендую понаблюдать за действиями героев, прежде чем даже думать о помощи. Что если герои используют этот шанс, чтобы напасть на нас?
Лозанна замолчала; более ранние крестовые походы оставили неприятный осадок, о котором многие ещё помнили.
— Другие храмы никогда нам не помогали.
Она глубоко вздохнула. — Я не предлагаю помогать храмам. Мы должны найти дружественные страны, нации, готовые изменить свою преданность. Конечно же, найдутся те, кто потерял веру в храмы, и мы должны вмешаться. Это наш шанс закрепиться в этих королевствах. Беженцы — это знак того, что ветры меняются, и мы должны использовать этот попутный ветер, чтобы заявить о себе.