Для этого мне нужно было найти способы закрепиться на другой стороне и иметь силу, способную противостоять мощи демонов на их родном мире. Из нескольких набегов я видел, что уровни силы чемпионов были значительно выше на их родном мире, вероятно, из-за какой-то магии там, а также, возможно, из-за ослабленного, высохшего состояния моих деревьев и растений.
Теперь, среди гибридов, я искал устойчивость к засухе, если такое слово вообще существует. То, что могло бы выдержать сухую, засушливую среду.
Я раздумывал, хорошая ли идея даже модернизировать жуков, чтобы они адаптировались к такой среде, но Рога, как правило, был ярым сторонником жуков для любых условий. Он настаивал, что жуков можно адаптировать для сражений в сухих мирах.
Лично я думал о тараканах. Главным образом потому, что идея насекомых в сухом мире просто напомнила мне ту мангу про таракана на Марсе. Но, полагаю, жуки тоже подойдут.
Это было исследование, которое мне приходилось проводить тайно, так как превращение растений и насекомых в более демоноподобных, вероятно, вызвало бы всевозможные негативные реакции среди населения.
— Я думаю, это хорошая идея, но сначала должен появиться портал. — Я, конечно, поделился этой идеей с Эдной. Она была единственной из четырёх, кто остался. — Перенос войны в их родной мир позволил бы избежать многих проблем, но лично я считаю, что поддержание открытого портала будет самой большой проблемой. Иначе любые силы, оставленные в их родном мире, будут предоставлены сами себе, и это будет смертный приговор. Нам нужна ваша поддержка и присутствие, если мы когда-либо ступим на их землю.
Это было всё равно что высадить корабль на вражеской территории.
На этом фронте я всё ещё работал над пустотной маной. Но прогресс шёл медленно.
— Мам.
— Да? — Лозанна повернулась к своей подрастающей дочери. Они были дома.
— Ты когда-нибудь думала занять место дяди Юры?
— Иногда. Но я решила этого не делать.
— Эон ищет кого-то, кто займёт его место, верно? — сказала она, жуя завтрак.
— Конечно. Если ты знаешь кого-то, дай мне знать. Уверена, Эону будет интересно. — Арлиса нахмурилась от комментария Лозанны. — Твои одноклассники, возможно?
— Уф.
Арлиса наконец-то поступила в Третичный Колледж Фрешлендс. Изначально она пробовала себя в рядах Вальтхорнов, но из-за относительно низких уровней и бунтарского нрава Лозанна предложила ей попробовать колледж.
— Мои одноклассники, наверное, и мухи убить не смогут.
— О? — Лозанна усмехнулась. — У меня было впечатление, что все дворяне из внешних колец имели боевой опыт, либо в открытом море, либо против гибридных демонов.
— Нет. Ни за что.
— Ты, кажется, очень низкого мнения о них. Это не очень хорошее отношение, моя дорогая. — Лозанна пожала плечами. — Ты удивишься, как быстро люди могут расти и повышать уровень в трудных обстоятельствах.
Арлиса замолчала. — Нет. Они недостаточно хороши.
— Ну, никогда не знаешь. — Лозанна улыбнулась.
— Если ты так говоришь, то зачем искать? Любой может это сделать, — запротестовала Арлиса.
— Не каждый этого желает, и не у каждого есть подходящая для этой задачи личность. Некоторые вещи зависят не от таланта, а скорее от выбора и желаний. Захотят ли они взять на себя эту роль. Это обязательство. То, которое я не могу дать.
Было правдой, что после смерти Юры, Фариса и Ловиса в верхушке Вальтхорнов образовался пробел. Но Вальтхорны были огромной организацией, и во всех смыслах этого слова они были профессиональной армией с ещё более элитными избранными.
Уже было много других Вальтхорнов с улучшенными классами, находящихся на семидесятых и нижних восьмидесятых уровнях, которых теперь мне предстояло тестировать и обучать, чтобы поднять их до пределов и достичь сотого уровня. Больше кандидатов для отбора.
Большинство из них были из существующей программы обучения, значительная часть — из моей прежней инициативы детей-солдат, как бы отвратительно это ни звучало для тех, кто с Земли. Но мы не могли применять законы мира без магии к миру с магией, по крайней мере, не полностью. Для этих солдат это была карьера, законная, хорошо оплачиваемая карьера, которая могла вывести их из нищеты.
Если верить, что у каждого свои таланты, то не будет преувеличением сказать, что некоторые люди просто созданы для борьбы и хорошо в этом преуспевают. Такой талант был принижен на Земле, где каждый был низведён до существования в капиталистическом обществе.
С моей новой способностью Подземелье у меня появились дополнительные способы проверить, способны ли эти Вальтхорны выполнять более высокие роли.
По сути, моя новая способность означала, что я мог создавать подземелья там, где находилась неиспользованная линия лей. У меня не было особого контроля над тем, что происходило внутри подземелья, и над монстрами тоже. Но я мог определять их рейтинг сложности, то есть были ли это подземелья двадцатого, сорокового, шестидесятого или восьмидесятого уровня. Качество и сила линии лей также влияли на максимальный уровень, до которого я мог дойти.