На школьном дворе мы, молодые боги, любим поговорить между собой. С кем я обычно тусуюсь – разумеется, с Одином, мы с ним в конце концов подружились, с Кецалькоатлем, пернатым змеем, и Хуруингом-Вуути, богом американских индейцев хопи. Это моя компания. Есть еще так называемая группа «ориенталов», в которую входят японский бог Изанаги, индийский бог Вишну и китайская красавица-богиня Гуаньинь, есть «африканцы» – Гор с головой сокола (курица не птица, шутят у нас), гвинейский бог Ала Тангана, и Ункулункулу, зулусский супербог.
Хуруинг-Вуути у нас заводила. У него всегда наготове свежая идея для нашей компании. Один – тот любитель травить анекдоты. Для него нет ничего святого. «Приходят как-то три калеки к святому Петру и…» – его излюбленный репертуар.
Мне нравится Хуруинг-Вуути, но с ним надо держать ухо востро, уж слишком серьезно он к себе относится. Послушать его, так он один умеет строить храмы с коринфскими колоннами. А ведь колонны Парфенона посолиднее будут, верно?
Разумеется, на школьном дворе, вдали от наших миров, каждый набивает себе цену: «Я изобрел паровой двигатель», «А я – противозачаточные таблетки». «А я разработал одноразовые фотоаппараты», – заявил я однажды для прикола.
Быть богом – это может запросто ударить в голову. Ну да ладно, как учил нас Первый Бог: «Не будем злословить друг о друге, иначе это кончится религиозными войнами». Вот почему, когда Вишну, хлопнув меня по спине, сказал: «У нас, богов, нехилая работенка, но тебе не приходило в голову, что где-то над нами есть высшие боги, которые играют нами, как мы играем смертными?» – я вздрогнул. Не знаю, почему, но эта мысль меня просто потрясла. Быть игрушкой высших сил! Это нестерпимо! Лишиться свободы воли! Быть марионеткой в чужих руках! Мало того, что в чужих, быть может, даже в детских! Фу! Меня вырвало, и всю ночь мне снились кошмары. Назавтра, правда, я пришел в себя. Я ответил Вишну: «Это невозможно. Выше богов ничего нет».
Он рассмеялся.
Божественным смехом.
